— Отлично играешь и поешь, — она до сих пор была в его крепких объятьях.

— Я не пою.

— А зря.

— Это я знаю, а ты бунтарка и дикарка, сразу видно: обожаешь рок-музыку, — он все не отпускал ее.

Нет, она не любила ее отчасти, но Фредди приучил любить. Бетти была приятна его компания, и этот незнакомец ее просто очаровал, и прямо сейчас она была готова открыть ему сердце.

— Я Бетти Лейтон, — прошептала она, еле дыша.

— Грэг Пэк, буду учиться в твоем классе.

После уроков он увидел, как Бетти кружит высокий черноволосый парень в кожаной куртке, они поцеловались и, смеясь, куда-то пошли. Фредди, узнав о том поцелуе в классе, еле подавил приступ ревности, Бетти лишь мило улыбалась. Он сдержал свой порыв, позволив ей общаться с этим парнем. Он понимал, что Бетти нельзя запрещать, она не потерпит этого и, конечно же, будет задыхаться от чрезмерного внимания. Лучше позволять и наблюдать из далека. Позже он был очень рад, что благодаря этим парням она нашла себя, организовав вместе с ними рок-группу «Контрасты».

***

День клонился к концу, солнце лениво опускалось за горизонт, отдавая свое последние тепло. Уже блеклые лучики заскользили по фасадам домов, заглядывая в окна, опаляя пестрые листья, напоминая лишний раз о приходе осени. Ночью безумно хотелось разогреть камин или завернуться в теплый плед и никогда больше оттуда не вылезать. Осенью всегда приходила некоторая апатия, весной же все просыпались, летом же все просто дышали жизнью; город хоть и замирал, но все равно кипел, ибо у них, молодых, больше не было такой размеренной жизни, как у их родителей. Бурные шестидесятые не давали спать спокойно, постоянно нужно было что-то делать, постоянно нужно было чего-то достигать, иначе проиграешь в схватке с жизнью.

Выйдя на улицу после долгой смены, Гарри пошел домой. Усталость была вообще не присуща ему, и после долгих рабочих дней он мог отдыхать, не сидя дома на диване. Он все так же бывал в Сохо, наслаждаясь ударными и гитарой, по-прежнему ища жертву на ночь, пока он не хотел любви. Часто в таких местах юноша пересекался с Фредди, но этого парса он больше не замечал с другими девушками, значит, Бетти серьезно и надолго захватила его.

Молодость Гарри хотел растратить так, чтобы в зрелые годы не думать ни о чем, не задумываться о своих поступках, не думать о той боли, что он причинил кому-нибудь, и о тех, кто причинил боль ему. С коллегами Гарри старался держаться ровно, не наживать врагов, с однокурсниками — не принижая их достоинств, даже у самых глупых; он был романтиком и думал, что всем и всегда можно угодить. Но, как часто бывает по молодости, мы часто ошибаемся, гоняясь за призрачными идеалами. Жизнь всегда так странна, что просто не знаешь, куда в следующих раз она тебя заведет.

Его квартира все так же пустовала. Джордж, смотря на себя, свое романтическое прошлое, мечтал, что его сын также рано вступит во взрослую жизнь и влюбится однажды, в ближайшем будущем, как и он, — один раз и навсегда. Джулия понимала, что Гарри не из тех, кто кидается в чувства, как в омут, с головой. Раз он хирург, то ему больше присуща рассудительность, и перед тем как затеять какую-либо авантюру, сын будет долго думать. Ее старшие дети были больше прагматиками, кроме, наверное, М-Джейн, всегда готовой броситься в огонь.

Гарри решил не идти домой, а сразу же направился в Сохо изведывать все темные стороны своего характера и своей страсти. Сегодня кто-то играл, правда, бездарно, но публика, привыкшая к протесту, живущая им уже несколько лет, наслаждалась этой грубой игрой. Гарри выпил пинту темного пива, достал сигареты, чтобы закурить, как к нему подошла белокурая девушка в синей мини-юбке и такого же цвета жакете. Она оперлась локтями на барную стойку, весело разглядывая парней, закачивающих в себя пиво. Она улыбнулась Гарри, наклоняясь к нему, внимательно изучая.

— У тебя будет сигаретка? — спросила она, поправляя свои по-мальчишески остриженные белые локоны.

— Будет, — Гарри вытащил пачку сигарет, протягивая собеседнице, потом из кармана выудил зажигалку, поджигая сигареты — свою и девушки. — Я тебя никогда здесь не замечал.

— Я редко хожу сюда, музыка здесь дрянная, — ответила она, снова улыбаясь, — мне нравиться один пианист из «Козерога», у нас все девчонки торчат от него.

— Я его знаю, — Гарри хищно улыбнулся: вот сейчас Фредди, сам того не ведая, станет его козырной картой.

— Правда? — она захлопала ресницами. — А... он свободен? — ее голубые серые глаза на мгновенье наполнились счастьем.

— Нет, у него есть девушка, — а вот еще одна карта — его Бетти. Просто потрясающе.

— Небось, она уродка, — Гарри ухмыльнулся, — он просто душка, я никогда ее не видела рядом с ним.

— Она моя сестра, — произнес он, — двоюродная, — потом добавил он, — и просто красавица, все парни сходят по ней с ума. Фредди не бросит ее. Зачем он тебе? Он же просто рокер, который уже к кому-то привязан, а я... свободен.