— И чем же она не достойна? — в ее голосе скользило притворство.

— Ее считают ненастоящей леди, — переходя на шепот, ответил он.

— Это почему же? Ее род насчитывается от времен королевы Анны, и пускай сослали, но это древний ирландский род, и она из старшей ветки, и уж точно носит титул леди. Ты не знаешь, как ее зовут? — что она не несет, она одернула себя, но уже было поздно.

— Знаю, это ты! — и вдруг его губы накрыли ее рот, Кэрри задохнулась, это был совсем не поцелуй Рэя, это был поцелуй взрослого мужчины. — А еще она чертовски упряма и сводит меня с ума.

— Ли, мы не должны, а как же Стиви? — это так она говорила из вежливости, но на самом деле ее совсем не беспокоил тот факт, что свершится с этой глупой блондинкой.

— Да черт с ней! Давай попробуем, я скоро получу диплом и уйду в интернатуру, а потом я могу надавить на отца, а твой будет согласен? — ему просто хочется завоевать неприступный бастион, подумала Кэрри, но никак не влюбить ее в себя, она не видела намеков на любовь.

— Ему все равно, он либерал, как и мой дед, — Ли снова поцеловал ее. — Мне пора домой...

— Я провожу тебя, — она встала, ощущая, как дрожат ноги.

— Нет, я сама, меня встретит Джозеф, мы поедем с ним в гости.

— Съездим на Рождественские каникулы на Итальянские озера? — ну, что, он играет с ней, как кошка с мышкой, ее просто захлестывала обида.

— Нет, не поеду. Если только у нас будут раздельные номера, а у меня будет ключ, чтобы прятаться от тебя, — они были уже внизу, в холле, она натягивала на себя пальто и красила губы.

— Какая ты неприступная, — они вместе вышли на улицу, Ли заметил молодого мужчину, конечно, они с ним были похожи, но ему казалось странным, что этот двадцатисемилетний мужчина — глава крупной компании.

— Тебя долго ждать? — спросил Джозеф. — Бетти убьет, а нам еще ехать.

— Я уже иду. Пока, Ли...

— О, Ли Харрингтон, — воскликнул Джозеф. — Ну, что ж, пока, — Джозеф посадил племянницу в машину, сел за руль; долго молчал, но потом начал разговор: — Не водись с ним...

— Это еще почему? — он сам-то не намного старше ее и еще указывает — да как он смеет!

— Пять лет назад я купил у его отца акции для Холли, потому что он нам мешал нормально работать, его дед знал Виктора. Харпер был еще порядочным, но вот его сын Джойс нет, жаль, что Роберт в свое время не обнаружил его замешанность в деле Армана МакОллы, — Кэрри молча, думала: неужели Ли обо все этом знает и просто ей мстит за то, что ее отец и дядя так обошлись с ними. — После этого они начали разоряться, и, насколько я знаю, Джойс хотел его женить на Аперсон, так что подумай об этом.

После выходных она приехала в город с тяжелой головой, одна мысль в которой была хуже другой. Это была и месть. Кэрри перестала отвечать на его звонки, избегала Ли в университете, а когда пришли Рождественские каникулы, уехала в гости к деду в Дж-Хаус.

Ей нужно было время, чтобы все обдумать и все решить для себя сейчас. Позже ей уже не будет больно, потому что она еще больше привяжется к нему, а он просто наплюет ей в душу. Кэрри всегда подходила ко всему с холодной головой и трезвым умом, во всем важен контроль, именно это позволяет выжить в современном мире.

***

Весна—лето 1993.

После каникул она старалась держаться отстранено от Ли, сам он совсем не понимал, чем вызвана такая перемена настроения. Что же она хотела от него? Кэрри не отвечала на его звонки, в институте скрывалась от него, она боялась встречи с ним больше всего на свете. Слухи о его разрыве со Стиви быстро разнеслись, но это не было подтверждением его честности и намерений. Несколько месяцев Кэрри изводила себя ненавистными мыслями о нем. Она уже точно знала: он хотел ей отомстить, сделать больно, а потом уж добраться до ее отца и дяди — хотя иногда, холодными ночами, она хотела его теплых объятий, но потом она гнала их от себя, боясь запутаться в паутине лжи.

— Кэрри! — он окликнул ее в одном из полутемных коридоров.

— Я хочу с тобой поговорить.

— А я — нет! — отрезала она.

— Черт тебя подери! — он тихо выругался. — В чем дело?

— Я думала, ты мне объяснишь, — ее голубые глаза окрашены холодной сдержанностью, но за этим скрывалась ненависть.

Его губы мягко скользнули по ее шее, он вдавил ее в какую-то нишу. Все это до боли было греховно, Кэрри хотела воззвать к помощи остатки разума, но с каждым его поцелуем теряла самообладание, и тело предательски стало отвечать на ласки. Она тянулась к его пальцам и ласковым рукам, что-то внутри нее говорило, что он делает это из мести, но второй голос шептал о том, как ей хорошо.

— О Боже, — тихо вскрикнула она, чувствуя, как ноги подкашиваются; Ли удержал ее, не позволяя упасть, только по-кошачьи смеялся, доводя ее до потери пульса лишь только одними поцелуями и объятьями.

— Посмотри на меня, — прошептал он, она открыла глаза, готовая сказать ему одну правду о себе, но смолчала. Кэрри ощутила его натиск, она вскрикнула, и только тогда его словно ударило по голове.

Она была в шоке от того, что произошло, и счастлива от подаренных им ей эмоций, но что же делать ей дальше, она не знала, она терялась в своих мыслях, эмоциях и догадках.