Несусь вниз по лестнице.

С меня, мать его, довольно!

***

Громкий топот женских ног эхом разносится по лестничной клетке, и парень с улыбкой на лице дожидается, пока на первом этаже хлопнет дверь. Он медленно продолжает подниматься, вслушиваясь, чтобы уловить какие-то звуки, но абсолютная тишина не выдает присутствия тех, кого он ищет.

Выходит на этаж, смотрит то в одну сторону, то в другую, останавливаясь на месте. Нервно перебирает пальцами, касаясь ими оружия, что висит за пазухой под тканью куртки. Сощурившись и прекратив дышать на время, смотрит в одну точку перед собой. Периферическое зрение. Говорят, что именно краем глаза люди улавливают паранормальное, и парень ждет движения.

И он его получает. Сбоку, практически в конце мрачного коридора скользнул силуэт. Быстро, будто тень, нечто, что не имеет тяжести. И тихий напев. Мелодия, что шепотом слетает с холодных губ, заполняет всё вокруг, заставляя медленно углубляться в сон, но парень умеет кое-как противостоять гипнозу, поэтому вынимает пистолет, крепко держит, вытягивая перед собой руки. Идет в ту часть коридора, где была замечена тень, и задается лишь одним вопросом.

Что Ей здесь нужно?

***

***

Вспышки. Яркие огни, каждый всплеск которых болью отдается в глазах и груди. Растущее напряжение — преграда для нормализации дыхания. Картинки сменяют друг друга. Одна за другой, будто старые, порванные, сожженные по краям фотографии, на которых не разобрать лиц. Те размазаны, вырезаны, перечеркнуты ручкой.

Вспышки. Большие, длинные коридоры во мраке, бегающие из угла в угол, из комнаты в комнату высокие силуэты укрытые чем-то наподобие мантии. Запах медикаментов и гари. Знакомой, до безумия, полного ужаса в сознании.

Вспышки. Шепот. Тихая мелодия, которую напевают неизвестное количество уст. Она будто вынуждает сильнее углубляться в сон, не дает тебе вырваться, и неясный скачок давления вовсе лишает возможности думать. Впитываешь голоса, всматриваешься в пустые комнаты, не в силах понять, что происходит.

Вспышка — и перед тобой знакомое помещение. Одна из небольших комнат в заброшенном приюте. Вспышка — и твой взгляд скользит к окну. Ты хорошо осознаешь, что в твоих руках маска лисицы, что где-то на этаже спрятались твои друзья, что по коридору идет девочка со стеклянными глазами. Но ты смотришь на деревья, что стеной ограждают от реального мира. Вспышка — и вновь видишь силуэт. Он растет на глазах, увеличивается, вытягивается, и ты поздно понимаешь, что он приближается, медленно, по воздуху. Пугающе заглядывает внутрь тебя, хотя ты и не видишь его глаз под мантией. Вжимаешься в угол комнаты, не осознавая того, что вновь слышишь мелодию, что глубже тянет тебя. Из сна в сон. Двойное затмение уже затуманенного рассудка. Вспышка — и Оно резко оказывается прямо возле тебя, лишая возможности дышать. Ты глотаешь кислород, не в силах отвести взгляд. И вот-вот канешь…

Вспышка — и тебя хватают. Холодные пальцы, сжимающие твое плечо, заставляют повернуть голову, с глазами, полными ужаса, взглянуть на парня, что заглядывает в помещение из коридора. Ты не знаешь его, но что-то глубоко внутри дает тебе задуматься. Хмуришь брови, приоткрыв дрожащие губы, когда он кивает головой, протягивая тебе вторую руку, и ты, почему-то, не задумываешься, перед тем, как крепко схватить её…

Я подскакиваю на кровати, широко распахнув веки, и хрипло, но быстро дышу, прижимая ладонь к груди, ведь сердце вот-вот разорвется на части. По лицу стекает пот, в горле сухо. Взглядом исследую темноту, застывшую в комнате, и медленно, нехотя, поворачиваю голову, краем глаза, уставившись на незашторенное окно, за которым бушует природная стихия: крупные капли дождя разбиваются о стекло, ветер терзает деревья, качая их в разные стороны, черное небо затянуто тучами. И вспышки. Молнии озаряют небо и мое лицо, после чего гром заставляет меня сжаться.

Движение. Джейн дергается, когда гром повторяется, и отрывает сонное лицо от подушки, уставившись на меня:

— Ронн? — Тяжко вздыхает, потирая пальцами глаза. Лежит на животе, поэтому переворачивается, заставляя свое обессиленное тело присесть. Я моргаю, взглянув на нее, и ладонью смахиваю пот.

— Кошмар? — Понимает без объяснений, поэтому киваю, не желая говорить. Сжимаю дрожащей рукой одеяло, позволяя подруге уложить меня обратно.

— Это всего лишь сон, — шепчет, хотя сама вздрагивает от каждой вспышки молнии. — Хочешь, закрою шторы?

Отрицательно качаю головой. Не хочу заставлять её вставать. Рид пытается казаться спокойной, чтобы помочь мне прийти в себя, но её ложь слишком явна для меня, поэтому молча сжимаю ладонь подруги, таким образом прошу остаться со мной в кровати. И Джейн кивает, укладывая голову на подушку. Прикрывает глаза, а я прислушиваюсь к биению своего сердца. Необъяснимый скачок, боль, возникающая при вспышках молний. Ерзаю, заставляя себя закрыть глаза, и делаю глубокий вдох, чтобы уверить себя. Всё в порядке. Просто один из таких кошмаров, что снились мне с Джейн первые недели.

Это нормально.

Удобнее устраиваюсь, глотая комок в горле.

Мы нормальные.

***

Идет. Медленно. Хмуро осматривается, не признает комнаты и коридоры собственного дома. Приближается к лестнице, дрожью пробирает до костей при каждом громе, от которого сотрясаются полы. Шепот. Он витает в воздухе, и парень четко слышит мелодию, но до сих пор уверен, что это происходит в его голове. Это он сходит с ума. Он теряет свой чертов рассудок. Тормозит у спуска на первый этаж, расслышав за спиной скрип половиц. Карин нет дома. Дилан здесь один. Совершенно один.