Стискиваю зубы, приоткрыв веки, и не могу справиться с дыханием. Сердце в груди бьет по ребрам, толкая бурлящую кровь по венам, когда я понимаю. Моргаю, нервно сжимая куклу в руках, и медленно поднимаю голову. Стул. Выше. Угол стены. Выше.

Взгляд ползет вверх. Брови дергаются, когда достигаю потолка. Мычание в ушах становится громче, а мои губы распахиваются от картины, которая предстает перед глазами. Тонкое костлявое тело. Бледная кожа. Белое платье. Грубые пальцы с ногтями, впивающиеся в стены, расставленные ноги, чтобы удержать свое тело на весу. У самого потолка. Темные липкие волосы червяками свисают, скрывая истощенное лицо. Зашитые ниткой синие губы. Пустые глазницы. Передо мной безумие во плоти. И оно держится за стены, находясь у потолка над стулом. Мычит. Отсутствие глаз не мешает ей следить за мной, смотреть прямо на меня. Теряю дар речи, делая короткий шаг назад, и с ужасом распахиваю веки шире, когда голова существа неестественно выворачивается, будто для того, чтобы следить за мной. Прижимаю теплую фарфоровую куклу к груди, испустив писк, и отступаю назад, когда шепот с мычанием в голове усиливаются.

— Ронни, — Дилан хватает меня за предплечье, дергая, и только тогда я прихожу в себя, быстро дышу, вцепившись взглядом в парня, который окидывает светом стены и потолок, пытаясь понять, что напугало меня.

— Что с тобой? — вновь смотрит на меня, и, неясно, как, я понимаю, что Оно больше не там. Его там нет, но не набираюсь сил, чтобы проверить догадку. Хватаюсь пальцами одной руки за ткань футболки Дилана, дергаю, молча прося уйти, но парень качает головой:

— Смотри, — освещает стену, и я с трудом перевожу взгляд на неё, оцепенев. Рисунки. Вся рыхлая поверхность исписана, завешена бумагой, на которой кто-то вырисовывал углем бабочек. Дилан хочет пройти дальше, к стулу, чтобы лучше рассмотреть, но я в панике хватаю его за капюшон, не выдержав:

— Уходим, — шепчу, но грубо. Парень поворачивает голову, изучив тревожным взглядом мое лицо, но не начинает заваливать вопросами. Он просто кивает, ещё раз осветив всю комнату фонариком, в попытке всё-таки понять, что меня напугало, после чего не противится, когда я тащу его за ткань кофты обратно.

Я не сдержала молчания.

И на тот момент, мне казалось, что это худшее, что я сделала в тот момент.

Но, как оказалось, нет.

Ибо единственная ошибка, которая будет стоить нам жизни, заключается в том, что мы не закрыли дверь.

В том, что мы вообще её открыли.

От лица Джейн.

Зябко. Подвальное помещение не вызывает у меня никаких чувств, кроме как ощущения холода. Растираю одной рукой плечи, освещая стены, пока Коди спокойно роется в костях, считая черепа. Хочет сравнить количество с воспитанниками из дома? Или со всеми сгоревшими детьми? Там их было много, неужели он знает точное число?

Слежу за Тайлером. Он особо не вмешивается в дела Кристиана, и мне неясно, как он вообще связан со всем происходящим. Наши взгляды пересекаются, и я, по какой-то причине, не отвожу его, тут же выходя из неловкого положения:

— Откуда ты?

— Я родился здесь, — он отвечает быстро и легко. Не лжет? Парень переступает обломки паркета, чтобы подойти ближе ко мне, а я стою ровно, подняв голову. Не показываю, что мне не по себе:

— И как ты связан с Джошуа? — задаю вопрос в лоб, отводя взгляд, чтобы сделать вид, что интересуюсь тем, чем занимается Коди.

— Ну… Я, — подбирает слова. — Это не так просто объяснить.

— Попробуй, — смотрю на экран телефона. — Времени много, — сохраняю хладнокровие во взгляде и в голосе, не боясь, что это оттолкнет парня. Внушаю ему страх ко мне? Да, время явно меняет людей. Но моя уверенность гаснет, когда замечаю, что Пози опускает голову, слабо улыбаясь. Хмурю брови, напряженно сглотнув. Что с ним не так?

— Он приходил играть со мной в детстве, — открыто заявляет, ничего не скрывая. Моргаю, смотря в ответ на Тайлера, который светит фонариком в сторону Коди, чтобы тому было удобнее работать. Вновь отвожу взгляд, задумчиво рассуждая. Он играл с Джошуа? Как и Рози играла с ним, так… Что если его родителей тоже…

Нервно кусаю губу, боясь спросить о личном у малознакомого человека. Кто знает, как он отреагирует. Мне это знакомо…

— Не хочу влезать в ваш разговор, — вдруг подает голос Кристиан, встав с колен на ноги. Мы переводим свое внимание на парня, который оборачивается, подняв руку, и всё внутри меня сжимается от ужаса, что мгновенно захватывает тело. Знакомое чувство оцепенения. Губы с дрожью раскрываются, а глаза готовы выпасть из орбит от давления.

Роняю фонарик.

Коди держит мешок.

Мешок, который Джошуа носил на голове.

***

Девушка убирается в своей комнате, раскладывая вещи по ящикам и полкам. Она спокойно напевает знакомую мелодию, покачивая головой, и прекращает шевелиться, когда слышит мычание. То самое.

Хмурит брови, повернув голову в сторону окна, и вздыхает, прикусив губу.

Они уже освободили её? Слишком быстро…

***

Шумное здание школы — это уже что-то необычное для него. Яркий солнечный свет помогает обрести временное умиротворение и спокойствие, так что Тайлер заставляет себя выйти из автомобиля. Поправляет ремни рюкзака, подходя к окну, стекло которого опускается. Коди сидит за рулем, вздохнув:

— Будто сынишку в школу отправляю, — шутит, взглянув на парня, и замечает его легкое сомнение. — Отступать ты уже не можешь, — напоминает. — Ты ведь хотел этого.

— Знаю, — как-то грубо отвечает Пози, прикусив язык. — Просто, боюсь, что…

— Заткнись, — ноет Кристиан, закатывая глаза, и продолжает улыбаться. — Я больше не хочу быть твоей нянькой, так что сегодня тебе придется съехать, — говорит, на что Тайлер просто щурит веки. — Но не забывай, я помог тебе, и перед тобой должок, — Коди кидает в рот мятную жвачку, стучит по рулю пальцами, улыбаясь мимо проходящим девушкам. — Я временно покину город, нужно переговорить кое с кем по поводу моей теории.