кто ей в отцы годится.

Очевидно,

надо

мной

насмехались. Когда я подошёл к ней,

она направила острие ключа в мою

сторону. Я не мог не гордиться. Она

была

такой

крошечной,

что

причинить ей боль ничего бы не

стоило, но она не отступала. Потом

она начала спорить со мной, а я

увидел румянец у неё на щеках. Я

приложил все усилия, чтобы не

намотать её волосы себе на кулак,

прижать к машине и поцеловать.

Когда Майк позвал её с другой

стороны парковки, она ответила «да,

папочка» таким тоном, что мне

пришлось прикусить щёку изнутри,

дабы не спрашивать, какого чёрта она

забыла с таким стариком, как Майк.

Когда

Майк

подошёл,

он

похлопал

меня

по

спине

и

представил Новембер как свою дочь.

Я был ошарашен. Во-первых, я знаю

Майка всю жизнь, но он ни разу не

упоминал о дочери. Во-вторых, она

была самой красивой женщиной,

которую я когда-либо видел. Когда

она

засмеялась

надо

мной,

я

почувствовал себя дерьмово. А когда

она пожала мою руку, по всему телу

слово прошел электрический разряд.

Тогда

я

понял,

что

нужно

сматываться. Я произнёс её имя,

развернулся и ушёл. Неделей позже я

приехал проведать бабулю и увидел

её там. Я был в шоке и вёл себя как

хрен, что, в принципе, достаточно

обычно для меня. А что мне

оставалось делать? Только заставить

гулять со мной, а потом напирать,

пока она не согласится на свидание.

Я знал, что привлекаю её так же,

как и она меня. Когда я стоял перед

ней, а её глаза потемнели, а губы

раскрылись, то понял, что она

принадлежит мне.

— Ашер?

Чёрт, я задумался.

— Она с моей мамой. Они

решили провести время вместе в

Нэшвилле. У тебя есть что-то, хотя

бы идея, кто мог пробраться в дом?

— спрашиваю я, натягивая ботинки.

— Нет. Я уже договорился, в

понедельник в доме переустановят

систему безопасности. Я понятия не

имею, как она смогла нажить здесь

врага, или кто так сильно её

ненавидит, что проделал весь этот

путь до Теннесси из Нью-Йорка. Это

дерьмо просто бессмысленно. Она

почти ни с кем не встречалась. Её

мать держала Новембер на коротком

поводке. Она стала свободной, когда

поступила в колледж. Тогда она

обручилась. Думаю, та ситуация так

сильно повлияла на неё, что она

совсем

перестала

встречаться

с

парнями.

Знаю,

это

совсем

не

рационально, но каждый раз, когда

упоминается

её

помолвка,

мне

хочется найти того мудака и убить

его.

— Да, она говорила о нём.

Думаешь, он старается вернуть её

обратно?

— Не уверен. Всё, что я знаю,

это то, что они были помолвлены, но

она отменила помолвку незадолго

после самого предложения. Она

никогда

не

говорила

мне,

что

произошло, но он просто согласился

и всё.

Он трахал её мать и его поймали.

Не думаю, что у него был выбор,

кроме как согласиться. Но я не могу

рассказать это дерьмо Майку.

— Ну, я позвонил своему

приятелю, который был со мной в

одном корпусе в F.A.S.Т. (прим. пер.

Fleet Antiterrorism Security Team —

группа по борьбе с терроризмом сил

безопасности морской пехоты) Он

сейчас работает в Нью-Джерси, в

отделе по борьбе с наркотиками. У

него есть пара военных друзей в

Нью-Йорке, которых он попросит

изучить

случай

Новембер

и

посмотреть, происходили ли какие-

нибудь ещё нарушения в округе и

схожи ли они.

— Хорошо. Я не знаю, что

происходит, но такое чувство, что я

что-то упускаю.

Да, так и есть. Нападение в