Ашер ругается всегда, когда даже для

этого нет повода.

— Ладно, я поняла, — отвечаю

я.

— Так почему ты расстроена,

что у него была жизнь до тебя? Мне

это не нравится, но смею тебе

напомнить, что ты была обручена.

— Ты была обручена? —

восклицает Сьюзан.

Господи, этот день начинался

так хорошо, но каждый раз, когда я

оборачиваюсь,

кто-то

заводит

разговор о том, о чём я не хочу

говорить.

— Была, а потом узнала, что

парень

оказался

конченым

придурком и бросила его, — я

смотрю на бабушку. — Я не

расстроена. Я просто хочу понять,

почему они расстались.

Бабушка кивает головой в знак

понимания.

— Что он сделал? В смысле,

почему ты разорвала помолвку? —

задаёт вопросы Сьюзан.

— Он мне изменил, — говорю я

и слышу, как бабушка резко вдыхает.

Я никогда не говорила папе,

почему разорвала помолвку, поэтому

он не рассказывал ей ничего, но с тех

пор, как я дома, она и не спрашивала.

Кроме того, тема для разговора о

том, что он изменил мне с моей

мамой совсем не то, о чём я бы

хотела беседовать.

— Ну, думаю, ты должна

поговорить с ним об этом, — говорит

бабушка, словно только что она

решила все мои проблемы.

Я улыбаюсь, качая головой.

— Я поговорю, только не в

канун

Рождества.

Мы

должны

наслаждаться времяпровождением с

друзьями и семьёй.

— Какая умная девочка, —

произносит она, ущипнув меня за

щеку, словно мне пять лет.

— Спасибо, — отвечаю я.

— Хорошо, тогда позволь мне и

твоей бабушке всё закончить, а сама

иди и наслаждайся, — говорит

Сьюзан, забирая у меня из рук нож и

сыр.

***

— Тебе нравится? — шепчет

Ашер мне на ухо.

Это рождественское утро. Обе

наши семьи здесь, и большинство из

них всё ещё в пижамах. Так или

иначе, все решили, находясь в

нетрезвом состоянии, что им лучше

остаться на завтрак и открыть

подарки в доме Ашера.

Составлять

планы

на

утро,

будучи пьяным, не очень хорошо. Я

приготовила супер горький кофе и

достала

аспирин

в

качестве

аперитива перед завтраком. Вставать

начали уже в восемь утра. Ашер

поцеловал меня и выбрался из

постели. Я спряталась под одеялом,

надеясь, что все забыли о моём

присутствии в этом доме. Это

длилось лишь пять минут. Ашер

вернулся в комнату, начал стаскивать

меня с кровати и пытаться поднять в

вертикальное

положение,

но

я

притворилась мёртвой и упала на

него, даже не открыв глаза.

—

Детка,

нам

нужно

приготовить завтрак, — засмеялся

он.

— Всё, что я хочу на Рождестве,

это поспать, — ответила я, зарываясь

лицом в его грудь.

— Ты можешь поспать позже, —

сказал он, поглаживая мою спину,

отчего мне ещё сильнее захотелось

спать.

— Я буду твоим самым лучшим

другом навсегда, если ты позволишь

мне поспать.

Он залился смехом.

— Несмотря на то, что я очень

сильно хочу, чтобы ты стала моим

лучшим другом навсегда, мне нужна

твоя

помощь

в

приготовлении

завтрака для всех. Я уверен, что

прошлой ночью ты скакала от

счастья и хлопала в ладоши, считая,

как это будет весело — открыть

подарки со всеми этим утром.

Дерьмо, и это тоже сделала я, но

ведь всё случилось после четырёх

стаканов эгг-нога, когда я уже не

отвечала за свои действия.

— Я была пьяна. Это не

считается.

— Хм, значит, все те грязные

вещи, которые ты хотела со мной

сделать прошлой ночью, тоже не

считаются, — произнёс он, и я

сильнее уткнулась в грудь Ашера,