– Чудовище, - глухо сказала Алиса.

– Да, - тихо ответил Марк, касаясь пальцами к царапине на щеке, ставшей едва заметной покрасневшей линией. – Прости меня, я не хотел.

– Знаю.

– Ты можешь сказать это снова? – нежно притянув ее к себе, спросил он.

– Что именно? – отворачиваясь и пытаясь выскользнуть, ответила Алиса. – Не понимаю.

– Алиса.

– Ничего не знаю, - вырвавшись все-таки из его рук, заспешила в коридор девушка.

– Не понимаешь? – сдавленно рыкнул Марк. – Куда ты бежишь?

– За чемоданом! – но вместо того, чтобы повернуть в зал, Алиса заскочила в ванную, вынуждая мужчину последовать за собой. – Хорошо, что ты починил замок, - защелкнула она ручку на двери и повернулась к Марку, делая шаг к нему в этом крохотном пространстве.
– Хотя никто ведь не придет?

– Что ты задумала? – глухо спросил он, чуть не падая в металлический резервуар у себя за спиной.

– Собираюсь помочь принять тебе душ, ну или что ты там предпочитаешь? – без тени улыбки отозвалась Алиса, цепляя его футболку и стягивая ее с него. – Знаешь, я тоже собственница. А еще я очень надеялась, что ты ждал меня все эти дни. И тут вижу заросшее лицо, нечесаные волосы и грязную мятую одежду. С этим надо разобраться, - встав на цыпочки, она впилась губами в его губы, чтобы затем сразу отстраниться.

Длинные тонкие пальцы, не колеблясь расстегнули пуговицу и молнию на джинсах, усилив и без того безумную дрожь, сотрясавшую Марка. Не двигаясь, он просто молча повиновался ее рукам и не верил, что все это действительно происходит. Полностью обнаженный устроился на дне наполняющейся ванны. Стянув с себя платье, девушка села на край, вновь оплетая его ногами. Аккуратно омыв Марка водой, Алиса принялась за его волосы, длинными тонкими пальцами взбивая островки пены на его голове, заставляя мужчину блаженно жмуриться. Щедро наполненные гелем для душа ладони двинулись по крепким плечам, груди и рукам, животную силу которых ей и к счастью, и к сожалению уже довелось испытать. Устроившись перед ним, она умело воспользовалась бритвой, избавив недрогнувшее лицо от пиратской щетины. В остро блестящих глазах Марка горели тщательно сдерживаемое нетерпение и нежность.

Стоило ванне снова наполниться чистой водой, девушка вновь набрала в ладони гель, желая коснуться давно напряженной плоти, как Марк перехватил ее руки, не позволяя дотронуться до себя.

– Скажи, – не было ясно: приказывал он или молил, но уклониться от ответа Марк не давал.

– Не скажу, - уперлась на своем Алиса, раздраженно отворачиваясь.

– Скажи! – громко повторил мужчина.

– Сам сначала скажи! – вспылила девушка и тут же оказалась сидящей на его коленях, стиснутой в его больших и надежных руках. Намокшее, ставшее прозрачным белье, которое она оставила как вызов и протест, сейчас до слез захотелось заставить исчезнуть. Чтобы никакая ткань и ничто вокруг не разделяло их больше.

– Не могу без тебя, - услышала она его неровный шепот. – Ты вернулась ко мне?

– Люблю тебя, - ответила Алиса.

Жаркие, требовательные поцелуи сменялись нежными и едва ощутимыми. Только на миг ослабив свои крепкие объятья, Марк почувствовал, как ее рука юркой змеей скользнула к его члену, заставив хрипло застонать в ее рот. Больше ждать не было сил. Минуту спустя он уже пригвождал ее похудевшее и без того хрупкое тело к кровати, лаская и до предела сдерживаясь, чтобы не войти в нее и не кончить сразу. «Она так красива, так любима и так желанна. Только моя и любит меня».

Извиваясь под ним и отвечая сторицей на его чувства и желания, Алиса была счастлива. «Не важно, что будет завтра. Здесь и сейчас я любима и люблю до безумия».

========== Часть 96 ==========

В голове Марка все еще стоял неустанный гул. Он преследовал его уже неделю и не давал покоя. Сейчас он был практически неразличим и исчез бы вовсе, если бы не телефон Алисы, срабатывающий каждый раз, когда, казалось бы, сон раскрывал им свои глубокие и приносящие покой объятья. Краем уха он слышал имена тех, кто звонил ей: грозный страж и хранитель – Старейшина, беспардонная и беспокойная Кира, пара заказчиков, генеральный директор, требующий отчета за себя и его самого, и даже братец Яр.

Отрешенное раздражение, ютившееся на краю сознания, пыталось теснить до конца неоформившееся ощущение счастья и блаженства от близости любимого и желанного сокровища. Алиса вздрагивала. Трещавший от вибро-звонков телефон заставлял ее тревожно дергаться и прикасаться руками к ноющим вискам. Замечая пристальные, но будто отрешенные взгляды Марка, она слабо улыбалась в ответ, сжимала его ладонь и отворачивалась, пытаясь скрыть от него последствия сильнейшего переутомления за бодрой отповедью в стиснутую подрагивающими пальцами трубку.

А он мог только молчать и смотреть на то, как добивают ее эти звонки, на большинство которых она не могла не ответить в страхе, что в их хрупкий, только начавший закладываться общий мирок мог кто-то вторгнуться, нарушив шаткое спокойствие и взаимопонимание. Забрав бесцеремонный аппарат из ее рук, мужчина отключил его и засунул под кровать, не желая слушать никаких аргументов.

– Тебе нужно поспать, - закутывая ее в одеяло и укладывая на подушку, резонно заметил Марк. – Если кто-то вздумает сюда прийти, я открою дверь и постараюсь быть максимально вежливым.