— Что ты имеешь в виду?

Сделав над собой усилие, Денис с трудом сказал:

— Вчера мы с Настей должны были встретиться. Но она не пришла на встречу. Я…

— Такое уже случалось раньше? — перебил Спирин.

— Нет, что вы. Конечно, нет. Говорю же, мы любили друг друга. По крайней мере, я так думал, — прибавил Денис, с удивлением услышав злость в своем голосе. — Ну, вот. Она не пришла. Я позвонил всем нашим общим знакомым, думал, кто-то из них знает, где Настя. Никто не знал. Я поехал к ее родителям, Насти и там не было. Тогда я отправился домой. Как провел вечер, не помню… ничего особенного не делал. Ближе к ночи мне позвонил друг из Новгорода, он заехал за мной. Мы поехали к нему на квартиру. И там…

— Вы принимали наркотики, — с легкой насмешкой сказал Спирин, чуть наклонив голову вперед.

— Нет… По крайней мере, я их не принимал. И Дима, по-моему тоже.

— Дима — это твой дружок?

— Друг, — поправил Денис.

— Ладно. Расслабься. На мне микрофонов нет, разговор не записывается. Говори все, как было. Ты же хотел рассказать мне что-то важное?

Денис неуверенно оглянулся, провел ладонью по волосам. Момент отчаянной храбрости прошел, его вновь охватили сомнения. Но отступать было некуда. Приблизившись к капитану вплотную (юноша ощутил исходящий от его кожи приятный запах лосьона после бритья), Денис прошептал:

— Мы всей компанией смотрели кино, и Дима поставил фильм для взрослых. И в какой-то момент… в одной из сцен… короче, Настя была там.

— Играла в этом фильме?

— Да. А утром мне позвонила Людмила… это ее мама, и сообщила, что Настю убили.

Денис с облегчением замолк. Капитан задумчиво кивнул. Несколько секунд его лицо оставалось непроницаемым.

— Я дал важную информацию? — спросил Денис.

Впрочем, по реакции Спирина он и так догадался, что: да, более чем. Но капитан притворно равнодушным тоном ответил:

— Пока не знаю. В любом случае, показывать тебе…

Юноша почувствовал нарастающее в груди глухое раздражение. Он слишком много пережил за последние сутки, чтобы уйти несолоно хлебавши.

— Материалы дела вы мне обязаны предъявить по закону.

— Вовсе нет. Ты не близкий родственник.

— Ладно. Это уже не имеет значения. Потому что я не просто хочу знать, как ее убили и так далее. Я хочу знать об этом деле все. Хочу помогать вам в расследовании.

— Каким образом?

— Каким угодно. Я буду делать все, что вы прикажете. Скажете — прыгни с шестого этажа вниз головой, я прыгну. Я учусь на юрфаке, будем считать, что я прохожу здесь практику.

Капитан потер ладонью подбородок.

— Это не только от меня зависит. Я не могу сразу принять решение. Знаешь, что? Приходи завтра. Может, чего и придумаем.

Он отвернулся и шагнул в освещенный мертвенно-бледным светом люминесцентной лампы коридор. Юноша крикнул ему вслед:

— Вы возьмете меня. Я знаю, что дал вам наводку.

Капитан, не останавливаясь, бросил через плечо:

— Ты лишь подтвердил одну из моих версий. Но и за это спасибо. А пока — до свидания.

Дежурный закрыл за ним дверь, отсекая тусклый свет и пьяные выкрики одного из заключенных.

Не успел Денис ступить за порог своей съемной квартиры, как в кармане джинсов заиграла мелодия на мобильном телефоне. Чертыхнувшись, юноша сбросил ботинки, прошел в спальню и достал телефон. На дисплее высветился номер Димы.

— Да? — Денис сел на кровать. В спальне царила ужасная духота. Ему хотелось поскорее принять холодный душ. — Извини, что не ответил сразу. Я только что домой пришел.

— Ты что, весь день провел в ментовке?

— Нет. Немного погулял по городу. Мне нужно было подумать.

Пауза. Денис встал, включил вентилятор. В трубке послышался деликатный кашель.

— Ну, ты вообще как? Держишься?

— Как видишь. — Денис подошел к окну, открыл форточку. Ворвавшийся в комнату теплый сухой ветерок не много прибавил к потоку прохладного воздуха, который нагнетал вентилятор.

— Что удалось выяснить?

— Пока ничего. Опер, который ведет дело, отказался со мной разговаривать. Сообщил только, что убийство Насти связано еще с несколькими.

— Серийный маньяк?

— Возможно.

Снова неловкое молчание, которое удивило Дениса. Еще вчера он понимал этого человека с полуслова и был готов по первому зову бежать за ним на край света. А теперь не знал, о чем говорить, да и не хотел. Дима вдруг стал ему чужим. Наверное, за эти сутки, с момента, когда Дима сообщил ему о гибели Насти, что-то в нем самом непоправимо изменилось.

Они еще пять минут вели натянутый разговор о пустяках, после чего Дима пожелал Денису «не загоняться» (а чего ему «загоняться»? всего лишь убили его девушку), и отключился.