Несколько минут Спирин молча смотрел на него. Взгляд капитана был задумчив, словно он что-то решал для себя.

Денис, смущенный этим пристальным взглядом, вертел головой по сторонам, потом начал изучать висевший на стене календарь с символом года — козой с лихо закрученными рогами. Коза жевала ромашки и выглядела счастливой. Кто-то крестиками отметил на календаре дни, оставшиеся до отпуска — всего двадцать два.

Не выдержав, Денис перевел взгляд на капитана.

— О чем вы думаете?

Спирин пожевал губами.

— Решаю. Что мне с тобой делать? Ты ведь действительно помог мне вчера, и я перед тобой в долгу. Но и втягивать тебя в дела полиции не имею права. И потом, повторюсь: решение не зависит от меня одного. Окончательный вердикт — за майором. И то он сначала со следователем поговорит.

— Ну так пойдемте к нему. — Денис поднялся и сразу почувствовал себя лучше. — Как я понял из вашего разговора с Багировым, время на исходе. Дело плохо продвигается. Верно?

— Не с Багировым, а со Станиславом Павловичем, — поправил с суровой улыбкой капитан. — Если быть до конца честным, оно вообще не продвигается. Пока ты вчера не сообщил мне о том, что видел. Теперь все стало на свои места. Моя версия подтверждается. Я уверен, что доведу дело до конца. Я как раз собирался идти на ковер к Кузнецову, умолять его продлить срок предварительного расследования. Заодно обсудим и твой вопрос. Пошли.

«Заодно, — подумал Денис, следуя за капитаном на второй этаж. — Ну, спасибо».

По пути к кабинету начальника они снова встретили женщину в форме старшего лейтенанта. Сегодня она не собрала волосы в пучок, а распустила их по плечам, и выглядела еще симпатичнее. Снова приветствие с ее стороны, улыбка, и ответный сухой кивок Спирина. На Дениса сотрудница взглянула мельком, вчерашнего интереса в глазах уже не было. Наверное, она решила для себя, как и Багиров, что Денис — один из информаторов капитана. Или особенно назойливый «терпила». В общем, нечто малоинтересное и много раз виденное.

Остановившись у двери кабинета, Спирин велел Денису ждать за дверью. Сам, постучавшись, вошел внутрь. Денис около десяти минут слушал доносящиеся из кабинета приглушенные голоса. Разговор, судя по всему, был напряженным.

Потом Спирин пригласил юношу в кабинет.

Майор сидел за столом при полном параде. За его спиной на стене висел громадный портрет президента. На подоконнике в горшках цвели кактусы и диффенбахии.

Глазам Дениса предстал грузный, широкий в плечах и подбородках мужчина лет пятидесяти — то есть, ненамного старше Спирина, — с плоским лицом и покатым лбом. На всем лице и на черепе не было ни малейшей растительности. Кузнецов равнодушно оглядел Дениса с головы до ног, теребя в руках очки.

Юноша ожидал головомойки, но Кузнецов был на диво краток:

— Спирин, парня берешь под полную свою ответственность. Рапорт будешь писать каждый день. Чтоб волоска с его головы не упало. Все, ребята, свободны. Мне надо в областной суд позвонить.

Обратный путь прошел в неловком молчании.

Как только они снова оказались в кабинете оперативников, Денис спросил:

— Ну что? Он продлил сроки?

Спирин покачал головой.

— Итак, — сказал он. — Настало время кое-что уяснить. Ты будешь делать то, что я скажу — и никакой самодеятельности. Это ясно?

Денис кивнул.

— Следующее. Ты должен понимать, где оказался. Здесь тебе не дом родной и не юридический факультет. Сам я тебя за пивом и сигаретами гонять не буду, но если Багирову или еще кому вздумается сделать из тебя мальчика на побегушках — я мешать не стану. Ты здесь не нужен, никому не интересен. Ничего не знаешь и не умеешь. Никаких предложений, мнений от тебя поступать не должно. Если ты не дополучил в детстве любви и внимания — не жди, что получишь это от меня или еще от кого-то. Все ясно?

— Да, — сказал Денис. А про себя подумал: «Спасибо, господин Карл Густав Юнг».

Капитан встряхнулся.

— Эх! — сказал он. — Ладно. Любить — так королеву, воровать — так миллион! Садись, покажу тебе твою принцессу.

Капитан сел за компьютерный стол. Денис взял стульчик для «терпил» и приставил его сбоку. Сел.

Спирин взял папку.

— Сначала краткая предыстория. Девять лет назад в нашем городе появились товарищи, снимающие фильмы для взрослых. В частности, детскую порнографию. Снимали здесь, в Краснозерске. Мы накрыли одну из точек, где они хранили материалы. Десять коробок с видеокассетами, всего около семисот копий. Большая часть тиража уже была распродана через городской рынок и торговые палатки. Организаторов мы так и не взяли. Они легли на дно.

— А теперь снова объявились?

— Да. Но теперь все немного по-другому. Мы не взяли их тогда, а сейчас они стали хитрее и опытнее. В общем, у меня есть команда из десяти человек — таких же желторотых, как и ты. Они по моему заданию просматривают контент для взрослых в Интернете.

Денис кашлянул.

— И что они ищут?

— Ролики, снятые здесь, в нашем городе. Может, кто-то в каком-то ролике увидит знакомое лицо — друга, подругу или родственника. Или узнает помещение, в котором проводилась съемка.