Третий сход должен был стать последним. Оба отдали слишком много сил, но не один не желал отступать. Вновь последовал мощный удар со стороны Гледа, и Уголь, ловко уклонившись, в свою очередь нанес чудовищный по силе прямой удар прямо в могучий лоб соперника. И тут воин древ вновь сумел удивить. Вместо того чтобы рухнуть без сознания он лишь недовольно тряхнул головой, а затем неожиданно резко бросился в ноги противника и повалил его наземь. Уголь сам не понял как оказался под массивной, твердой как дерево тушей вождя дубней и инстинктивно выставил руки для защиты, на которые тотчас же обрушились тяжелые увесистые удары.

Сквозь кровавую пелену аррекс с трудом различал искаженное яростью лицо Гледа. Похоже, того полностью захватило священное боевое безумие. "Не можешь видеть - не можешь биться" - внезапно всплыло в памяти наставление Гарона, и Уголь, выгадав момент, хлестко ударил своими черными кривыми когтями по глазам дубня. Тот взревел от боли, на секунду потеряв ориентацию, и император мечей изо всех сил вцепился ему обеими руками в бороду, рванув ее вниз.

Могучая челюсть воина древ оглушительно хрустнула напрочь разорванными связками и хрящами, и Уголь ударом ноги спихнул с себя искалеченное тело врага. Однако несмотря на чудовищное увечье Глед нашел в себе силы встать и продолжить бой. Но в его ударах уже не ощущалось былой мощи. Тело инстинктивно берегло энергию, пустив большую ее часть на исцеление. Император не дал ему времени восстановиться. Несколько сильных умелых атак раскрыли защиту дубня, а затем сокрушительный апперкот в и без того изувеченную нижнюю челюсть окончательно довершил дело.

Могучее тело вождя народа древ рухнуло навзничь. Он более не мог продолжать бой. Кесарь аррексийцев, которому тоже сильно досталось, медленно приблизился к нему, ощутимо хромая на правую ногу, и равнодушно наступил тяжелым сапогом на шею богатыря. Он давил до тех пор, пока тело противника не перестало дергаться. Великий аррекс не ведал жалости и не прощал своим врагам ошибок. Покончив с предводителем дубней, Уголь торжествующе поднял руки и издал низкий чудовищный рык. Это был даже не звериный рев, так зарычать могла скорее жуткая древняя рептилия, чьи сородичи, говорят обитали в этих землях эпохи назад. Фигура императора буквально излучала тьму, тень от которой, казалось, сгустилась и под сенью густых дубрав народа древ, ныне безмолвно оплакивавших своего павшего вождя.

– Теперь вы мои!
– прорычал Уголь, повернувшись в сторону мрачно молчавших воинов древ.

Воины аррекса обрадовано заревели, приветствуя победу своего владыки.
– Этот день знаменует начало новой эры! Весь мир под эгидой единой длани! Под властью одного аррекса! Вечного владыки мира! Явите мне свою покорность!
– багровые глаза Угля хищно обвели ряды дубней и собственных воинов, и не нашлось ни одного кто сумел бы выдержать его взгляд. Все как один опускали головы, молчаливо признавая превосходство жуткой неведомой силы неведомо откуда пришедшей в этот мир и сумевшей в итоге поставить его на колени. Теперь уже окончательно.

Глава восемнадцатая. Нежданное пополнение.

– Чиллак, проклятый мальчишка, почему я снова вижу на горшках грязь!
– багровое лицо мастера Хиттая было преисполнено праведного гнева и, казалось, заняло собой всю трактирную кухню.
– Сколько раз тебе говорить, что они должны искрить от блеска! И не смей отворачиваться, когда я говорю с тобой! Истинный мастер должен быть...

– Что я вижу, у нас новый ученик?
– обезьянью физиономию Хиттая внезапно сменило немного полноватое хитрое лицо с черными масляно блестящими глазками.
– Это просто превосходно. Ну давай скорее снимай штаны, я уже и мазь приготовил, чтобы не так больно было. Это очень хорошая мазь...

– НЕТ! НЕТ! НЕТ!
– Чиллак лихорадочно подскочил на постели, судорожно утирая струящийся по лицу липкий холодный пот.
– НЕ ХОЧУ!
– и только тут осознал, что находится хоть и в трактире, но не в своем, в небольшой двухместной комнате с мастером Орангом, который невозмутимо глядел на него, сидя на соседней кровати. Выражение его лица было совершенно бесстрастным.

– Ппростите я...
– Окончательно смешался парень.
– Мне приснился дурной сон.

– Бывает.
– Едва заметно усмехнулся Оранг.
– Ты намаялся в дороге за последние дни, поэтому сейчас мы позавтракаем, проведем небольшую тренировку, а после можешь отдыхать весь день. У меня все равно здесь назначена встреча, поэтому до завтрашнего утра мы никуда не двинемся.

– Мастер, а куда мы идем?
– наконец рискнул нарушить молчание Чиллак.

– Тебе это не к чему.
– Нахмурился Оранг.
– Достаточно знать лишь то, что у меня есть дело, которое я либо выполню, либо погибну пытаясь. При втором исходе тебе придется самому решать свою судьбу. При первом же... впрочем, узнаешь в свое время.

После легкого завтрака в общей трактирной зале, Оранг повел своего нового ученика во внутренний двор.

– Чему учил тебя твой мастер?
– повернулся он к Чиллаку, когда они нашли подходящее по мнению странника место.

– Драить горшки.
– Невесело усмехнулся парень, вспомнив недавний сон.
– По крайней мере, это получалось у меня не так уж и плохо.

– Очень полезное и достойное умение.
– Без капли иронии обронил мастер.
– Развивает цепкость кистей, выносливость и концентрацию. А учил ли он тебя правильно дышать?