Хоуп стоит у окна, нервно потирая ладони, и взглядом следит за рыжим котенком, который носится из угла в угол, принюхиваясь. Его хвост стоит трубой, и, как кажется со стороны, животное чувствует себя вполне комфортно, чего девушка никак не ожидала, ведь в магазине он буквально «кричал», когда О’Брайен оставил его.

Эмили потирает горячий от мыслей лоб, пытаясь уложить все по полочкам и успокоить саму себя. Это всего одна ночь. Завтра она вернет котенка хозяину, правда, где-то внутри себя девушка невольно улыбается, ведь рыжий Засранец выдает порой такие странные и забавные звуки, словно чихает или мычит, а взгляд у него такой «понимающий» и серьезный, будто он над чем-то размышляет. Хоуп наклоняет голову к плечу, сложив руки на груди, и растягивает губы, когда котенок прыгает со стула на кровать, но, видимо, не хватает сил, поэтому приземляется на пол, побежав под стол, с которого уже успел скинуть всевозможные предметы.

Девушка сонно зевает, не прикрыв рот ладонью, и поворачивает голову, выглянув на улицу через стекло окна. Стоит ночь. Вся такая же холодная и шумная. Эмили прислоняется плечом к стене, всматриваясь в темные переулки между домами, немного вытягивает шею, пытаясь что-то разглядеть вдали, где горят фонарные столбы возле магазина, но ничего.

И никого.

Интересно, куда О’Брайену пришлось резко сорваться? Или, быть может, это план по избавлению от котенка? Если оно так, то миссия выполнена успешно. Правда, Эмили заставит себя все исправить и вернуть «потерянного» питомца. По крайней мере, постарается.

***

Утро следующего дня уже не сулит ничего толкового от последующих событий, которые не сыграют какую-то роль в жизни Хоуп, которая даже не может поговорить с матерью, предупредив о наличии в доме животного, ведь женщина категорически против, так что девушка решает скрыть всё, заперев комнату на замок, предварительно создав для котенка «безопасную среду». Эмили не натыкается ни на отца, ни на Элис, ни на мать, пока выходит из дому. Странно то, что сейчас не такой ранний час, следовательно, на кухне должен греметь электрический чайник, а в воздухе витать аромат кофе, который будет оставлять горечь на языке. Но ничего этого нет. Безжизненное утро холодного дня.

Эмили не помнит, когда в последний раз кто-нибудь желал ей хорошего дня. Эти слова ей необходимы сегодня, как кружка морковного сока, которого она пьет через силу, потому что так просит мать, ведь ей предстоит самой подойти к О’Брайену и заговорить с ним. А эта мысль оказалась настолько тяжелой, что девушка еле оторвала голову от подушки. Что произойдет с ней, когда она встанет перед парнем? Ничего. Она запаникует, может даже начнет задыхаться от досады. Одноклассники вместе с самим О’Брайеном посмеются над ней. Вот, как произойдет.

Переступает порог здания школы, входя в шумный коридор, по которому носятся ученики, учителя, а в горле уже встревает комок внушительного размера. Эмили складывает руки на груди, исподлобья смотрит на всех, как напуганный зверь, словно на неё вот-вот должны напасть и растерзать. Именно так Хоуп ощущает себя здесь, в стенах «громкого» здания. В клетке, окруженной дикими шакалами. Отходит ближе к шкафчикам, чтобы меньше сталкиваться с людьми, которые не замечают её. В этом нет нужды, правда, есть и те, кто не может оставить Хоуп без должного внимания, поэтому, минуя несколько подножек, девушка подбирается ближе к кабинету естествознания, вовсе замирая на месте, ведь у двери стоит О’Брайен и рыжая Джизи, которая всячески пытается разглядеть лицо парня, а тот закатывает глаза, подняв голову к потолку, из-за чего девушка ворчит с тревогой, заходя в кабинет. Эмили топчется на месте, чувствуя, как внизу живота образуется шар, который растягивается, наполняясь её волнением. Девушка переступает с ноги на ногу, невольно качнувшись в сторону от головокружения, но держится за шкафчик, опираясь на него рукой, правда, заставить себя сделать шаг не может. О’Брайен потирает пальцами виски, сильно надавливая, после чего ступает за порог кабинета, направляясь к парте, и Хоуп приоткрывает губы, поспешив за ним. Чувствует себя настоящей дурой. Насколько же она нелепа в данный момент? Если бы О’Брайен заметил, то точно бы счел её ненормальной и высмеял. Вот, что Эмили думает, хоть и не подозревает, что Дилан таки видит её, поэтому поворачивается спиной, натягивая капюшон на бейсболку, чтобы скрыть довольную ухмылку, ведь Эмили Хоуп правда выглядит глупо, но это вряд ли может служить поводом для того, чтобы пристыдить её.

От лица Эмили.

Максимально, насколько оно возможно, опускаю голову, скрывая локонами волос свое лицо от одноклассников, которые слишком увлечены какой-то беседой, поэтому сидят на задних партах, громко болтая. Прохожу мимо, поднося ладонь к глазам, чтобы случайно не пересечься с кем-то взглядом, после чего медлю, ведь приближаюсь к столу, за которым уже сидит О’Брайен. Он выглядит расслабленным, правда притоптывает ногой, что говорит о невысоком уровне нервозности. Потираю плечи, остановившись рядом со своим местом, стягиваю с плеч рюкзак, быстро сев на стул, и кладу его себе на колени, прижимая к груди руками. Поздно подмечаю, что сидим мы слишком близко, так что его плечо чуть касается моего, но боюсь пошевелиться, чтобы отодвинуться. Не хочу привлекать его шумом, так что даже дышу тихо, концентрируясь на сердце в груди.

Мне нужно просто сказать ему о котенке. Вот и все. Ничего сложного. Ты уже делала это. Вчера.

Но тогда была ночь. И от этого всё казалось проще, чем есть на самом деле. В темноте вообще легче. Но я не могу ждать до того, как на улице день сменится ночью. Мне нужно перебороть себя и сделать это сейчас. Просто. Скажи. Эмили.

Напряженно всасываю воздух, приоткрыв сухие губы, но ничего. В горле по-прежнему мешается ком, который я не в силах проглотить.

Хоуп.

Соберись, слышишь?

Но мысли вдруг принимают иной поворот. Я смекаю, открывая рюкзак, и недолго роюсь, вынув блокнот и карандаш. Зачем пытать себя? Ведь я могу написать. Верно, это дается мне уже легче, чем раньше.

Открываю на чистой странице, положив на парту, и подношу карандаш, прикусывая язык.

А как написать-то?

Попросить? Нагрубить? Ругать за то, что оставил мне его? Что? Что делать?

Верчу головой, откидывая навалившиеся из неоткуда вопросы. Мне надоело подстраиваться и подбирать слова. Я просто сделаю это.