Мужчина провожает меня до квартиры, не спрашивая, что я делала там. Думаю, он устал после очередного вызова, но завтра обязательно начнет выяснять.

Я открыла дверь: в коридоре у стены спала мать. Да, она пьяна. Я закатываю глаза, обходя её, и направляюсь в свою комнату, чтобы, наконец, лечь спать.

Этой ночью никто не кричал.

========== Глава 10. ==========

Моя мать, вроде, - взрослый человек, твердящий, что пьёт в последний раз, но все повторяется. Она, стакан воды, пара таблеток и головная боль. А ведь впереди ночная смена.

Я зашла на кухню:

– Как ты?

– Боже. В следующий раз буду осторожней, - она держится за лоб.

Я закатываю глаза, проходя к холодильнику:

– Ага, ага, слышала уже.

Женщина молчит, тяжело вздыхая:

– Мне не хватает его.

Я замираю с бутылкой молока в руках. Поворачиваю голову, чтобы рассмотреть, в каком состоянии мать. Она вспоминает отца не так часто, да и говорит так, словно он умер.

Но, если честно, иногда мне так и кажется. Его нет с нами. Его покорило море, затмив весь рассудок ещё в детстве. А моя мать была сильно влюблена в него, поэтому соглашалась на все, даже ждать его. Она и до сих пор любит его. Сильно, ведь ждет. Кажется, прошло уже больше года со дня его последнего приезда. Если быть честной, то у меня нет такой сильной привязанности. Он не участвовал в моей жизни. Единственное, что он сделал, это познакомил меня с морем. И этого вполне достаточно, чтобы любить его.

– Ладно, - женщина поднимается, глотая таблетки, - я в ванну, а ты, - смотрит на меня, задумавшись, - а у тебя выходной, - махнула рукой, покидая кухню.

Такое впечатление, что меня послали.

Я открыла бутылку, поднося её к губам.

– Не из горла! – крик мамы, заставляет меня дрогнуть, отчего немного ледяного молока проливается мне на шею. Я сжимаю губы, развожу руки и прикрываю глаза:

– Я поняла!

Возвращаюсь в комнату, чтобы продолжить делать домашнюю работу. Но мысли перегружены иным. За вчерашний день произошло больше, чем за десять лет моей жизни: ко мне приходил Мет, мы чуть ли не поцеловались, я помогала Дилану, который в последствии опять рехнулся под вечер. Я потираю лоб, сидя за учебником. Поднимаю глаза на окно: волны бьются о берег. Скорее всего, будет шторм.

Но я удивлена, что отец Дилана так и не заходит, чтобы узнать подробности вчерашнего вечера. Хотя, может это и к лучшему.

Я встряхнула головой, отогнав мысли, чтобы углубиться в науки, которые впаривают нам в школе.

***

– Так значит, ты сама уехала? – Мария села на край моей парты, когда я опустилась на стул:

– Меня подвезли.

– Кто? – поднимает бровь девушка, складывая руки.

– Какая разница? – вытаскиваю учебник.

На лице Марии заиграла улыбка. О Боже, я знаю это выражение лица.

– У тебя кто-то появился! – утверждает она, смеясь. – Почему ты молчишь об этом?

Я выпрямляюсь, смотря ей в глаза:

– Может быть все потому, что у меня никого нет, - подмигиваю.

– Нет, ты ведешь себя «страннее обычного», так что точно что-то случилось. Ты не отвертишься! Рассказывай, - она опускается на стул рядом.

Я поднимаю глаза на Мета, который разговаривает в компании парней. Парень переводит взгляд на меня, улыбнувшись. Я ответила ему тем же. Они стояли возле дверей, так что, когда та открылась, то мой взгляд резко переметнулся на вошедшего Дилана. Он выглядел, как бы сказать, «свежее». Думаю, он выспался. Эта мысль радует меня, и я широко улыбаюсь, когда О’Брайен бросает на меня взгляд, кивнув.

– Не. Может. Быть. – По слогам произносит Мария. Я вспоминаю об её существовании, оборачиваясь:

– В смысле?

– Ты засмотрелась на Дилана, - шепчет она, наклоняясь к моему лицу.

– О, нет же…

– Не отрицай, я все видела, - девушка поднимается, довольно улыбаясь. – Но знай, что я слежу за тобой.

Я развожу руки, хмуря брови, пока девушка не выходит из кабинета. Видимо, побежала искать Кэрол. Я потерла лоб. И почему она меня не слушает? Теперь появятся слухи, чего мне не нужно.

– Эу, - хрипит Дилан, после чего я оборачиваюсь:

– Ты хорошо выглядишь сегодня.

– Я всегда хорошо выгляжу.

Знаю, что он прикалывается, но все равно закатываю глаза. Парень опирается на парту, чтобы приблизить лицо, и шепчет:

– Слушай, я хотел спросить.

– Что? – я поворачиваюсь к нему полностью.

– Когда ты ушла?

– Не поняла, - хмурюсь.

– Когда ты занималась со мной, я не помню, как ты ушла, - его скулы напряглись, когда наши глаза встретились. – Отец сказал, что я отрубился, читая геометрию. В это можно поверить, ведь это полнейшая муть, но, - он облизывает губы, - все равно, кажется, что он чего-то не договаривает.

Да, ведь он и сам не знает.

Я выдохнула, пытаясь сообразить «правдивую» ложь. Сегодня Дилан выглядит намного лучше, и мне не хочется портить это. Хотя, синяки все ещё болят.

Забываю, что парень продолжает смотреть на меня, поэтому начинаю говорить, когда замечаю беспокойство в его темных глазах:

– Ты, - бью его по плечу, отчего парень поднимает брови, - ты и правда уснул, а я, как дура, думала, что ты работаешь!

Дилан усмехается, выдыхая:

– Что ж, по крайней мере, ничего не случилось. Если честно, то я видел странный сон.