Поначалу я восприняла его ворчание как очередной саркастический выпад в адрес Криса.

— За последние несколько недель, — продолжал он в таком же тоне, — я позабыл не только вкус, но и запах этого чудного пузырящегося напитка. — Он снова недовольно зыркнул на Роли. — Нелегкая работа, не правда ли, капитан?

— Да уж, — усмехнулся тот, явно понимая прозрачный намек.

— А вчера наконец-то появились первые сюрпризы, — продолжал Джейкоби. — Дженнингс выявил три места, где продали несколько бутылок шампанского. Один из покупателей работает бухгалтером в городке Сан-Матео. Самое любопытное, что его имя уже имеется в нашем досье. Привлекался за хулиганство пару лет назад. — Джейкоби сделал паузу и многозначительно посмотрел на меня. — Во втором магазине бутылку этого дорогого шампанского «Кло дю Месниль» купила какая-то женщина, которая работает менеджером и, вероятно, поднакопила денег на свой сороковой день рождения. С тех пор о ней никто ничего не слышал.

Джейкоби снова умолк, а я нетерпеливо заерзала на стуле, ожидая продолжения. Я неплохо знала Уоррена и уже не сомневалась, что он пришел не с пустыми руками, а с важной для нас информацией.

— Ну и наконец, третий покупатель, в связи с которым я и вспомнил о дожде из шампанского. Три года назад на одном из винных аукционов было продано две бутылки коллекционного шампанского восемьдесят девятого года по двести пятьдесят долларов за каждую плюс комиссионные. В качестве покупателя выступил частный коллекционер, имя которого нам очень долго не хотели раскрывать. Пришлось надавить, и оказалось, что это чрезвычайно интересная личность, от которой до сих пор сходит с ума моя жена. Она читает все его книги от корки до корки.

Мы с Роли на мгновение застыли, а потом подались вперед.

— Кто это, Уоррен? — не выдержала я.

— Я знал, что это вызовет у вас такой интерес, — засмеялся он, явно польщенный произведенным впечатлением. — Вы читали когда-нибудь «Львиную долю» Николаса Дженкса?

Слова Джейкоби сразили как удар в солнечное сплетение. Впрочем, ничего неожиданного в этом не было, но все же приятно, что все мои подозрения стали постепенно обрастать дополнительными аргументами. Кати Когут. Винный завод, шампанское «Кло дю Месниль». Теперь можно с полным основанием сказать, что Дженкс имеет отношение ко всем трем убийствам. Рыжая Борода оказался у нас на крючке. Меня так и подмывало рвануться к нему и выложить все улики, но это была глупая мысль, хотя и приятная. Нужно подобраться к нему поближе, заглянуть в его гнусную физиономию и заставить поволноваться, чтобы он полностью раскрыл свою мерзкую сущность. В то же время что-то сдавливало мне горло, и я никак не могла понять, что именно: приступ ярости или проявление болезни. В любом случае я была так возбуждена, что не могла сидеть на месте.

— Я ухожу, — сказала я Крису, еще толком не зная, что буду делать в следующий момент.

Он удивленно посмотрел на меня и хотел что-то сказать, но я уже выбежала из комнаты.

— Линдси, ты куда? — прокричал вслед Джейкоби. — Я сказал что-то не то?

Я выскочила на улицу, перед глазами замелькали темные круги, а по спине пробежал неприятный холодок. Пройдя несколько кварталов, я вдруг поняла, что не знаю, куда иду, и вообще ощущаю себя туристкой, которая впервые оказалась в нашем городе. Надо мной мелькали яркие неоновые названия фирм «Старбакс», «Кинко», «Экспресс трэвел», а мимо спешили люди, не обращая на меня внимания. Вскоре я оказалась перед входом в книжный магазин «Бордерз» и решила зайти внутрь. Огромный зал магазина был уставлен книжными полками и стеллажами, и я ходила вдоль них, никого ни о чем не спрашивая. Наконец я нашла то, что искала, — книгу в яркой суперобложке с названием «Львиная доля». Я взяла книгу в руки и внимательно посмотрела на обложку — так и есть, Николас Дженкс. На обратной стороне была его фотография. Я долго вглядывалась в его лицо, безуспешно пытаясь понять, что его толкнуло на столь чудовищные преступления. Острое, словно вырезанное из камня, лицо, серые глаза, насупленные брови. И наконец, самое главное — небольшая, аккуратно подстриженная рыжая борода с проседью.

Джилл Бернардт, помощник окружного прокурора, которую совсем недавно назначили куратором по делу об убийстве молодоженов, сидела за своим столом в высоком кожаном кресле и пристально смотрела на меня проницательными голубыми глазами.

— Давайте разберемся во всем по порядку, — сказала она, явно озадаченная услышанным. — Вы хотите сказать, что убийцей молодоженов является Ник Дженкс?

— Да, я уверена в этом, — подтвердила я без колебаний.

Джилл была высокой, стройной, обезоруживающе привлекательной и к тому же необыкновенно умной. Ее курчавые темные волосы обрамляли узкое овальное лицо, а его благородные черты еще сильнее подчеркивали красоту этой женщины. К своим тридцати четырем годам она добилась немалого успеха в жизни и сейчас не без оснований считалась яркой восходящей звездой на поприще юриспруденции. Достаточно сказать, что именно Джилл, являясь обвинителем по делу о мошенничестве в корпорации «РИКО», раскрутила его, придав ему общественно значимый характер, и фактически посадила за решетку всех организаторов этой преступной группы. А главный виновник, который был не только влиятельным человеком в штате, но еще и другом мэра, получил двадцать лет и надолго исчез за тюремными решетками. С тех пор Джилл Бернардт пользовалась непререкаемым авторитетом и репутацией неутомимого и бескомпромиссного борца с акулами преступного мира.

Мы с Роли еще раз изложили свою позицию, стараясь доказать причастность Николаса Дженкса ко всем трем убийствам. В качестве бесспорных аргументов мы привели шампанское, смокинг, финансовое участие в винном производстве, любовные похождения с последней жертвой и даже зафиксированное на пленке участие в свадебном торжестве в Кливленде, где была убита последняя пара молодоженов.

В ответ Джилл вскинула голову и рассмеялась.

— И вы хотите прищучить этого парня только на этих зыбких основаниях? Не смешите меня. Ничего из этого не получится. Боюсь, он просто рассмеется вам в лицо и пошлет куда подальше.

— Джилл, — упрямо повторила я, — мы действительно можем доказать его причастность к трем двойным убийствам.

Она скептически поджала губы и покачала головой, словно говоря: «Извините, дураков нет».

— Ваша пресловутая бутылка шампанского может сыграть определенную роль в системе доказательств только тогда, когда будут обнаружены более надежные и бесспорные улики, и их у вас сейчас, насколько я понимаю, нет.

А его участие в финансировании винного производства? Это что, улика? Смешно. Ни одно из ваших доказательств не дает оснований напрямую уличить его в совершении всех этих убийств. С такими людьми, как Николас Дженкс, нельзя справиться посредством нескольких и к тому же весьма неубедительных улик. — Джилл сделала паузу, поправила стопку бумаг на столе и грустно вздохнула. — Вы хотите поймать крупную рыбу и сделать на этом имя и карьеру? Тогда потрудитесь обзавестись более крепким крючком, чтобы рыба не сорвалась с него.