Калеб фыркнул.

— Ты должна быть благодарна, что оно чистое, и на нем нет дырок.

Ник уставился на него.

— Заткнись и умри уже! Я думал, что ты на последнем издыхании еще час назад! Ты разве не должен был истечь кровью?

Только Калеб открыл рот, чтобы огрызнуться, как еще одна яркая молния чуть не ослепила Ника. Он ожидал новую адскую обезьяну, но этот вредитель был еще хуже и гораздо более зловещим.

Высокий, темный, пугающий, казалось, что его породил сам ад. Забудьте о Малачае. По сравнению с этим, отец Ника выглядел как Микки Маус перед Годзиллой.

О силе первоначальных богов много болтали, но до этого момента Ник не понимал, что это.

Да… если уж это был хороший парень, то он точно не хотел бы встретиться с плохим.

Никогда.

Когда он увидел Ника, то склонил голову, как опасный хищник, который почуял свежее мясо. Один его глаз был ярко-зеленым, а другой — темно-коричневым, как земля. Этот резкий контраст пугал. И к еще большему шоку, его лицо было лицом Калеба в человеческой ипостаси. Та же волевая челюсть. Тот же орлиный нос, приподнятые брови, смуглая кожа и темные как ночь волосы. Они даже были одинакового роста и телосложения.

Единственное различие было в длине волос. У Калеба они были короткими, а у отца — до плеч. А еще у отца была более холодная и угрожающая манера поведения.

Более зловещая.

Ник и не думал, что такое возможно.

И когда он повернулся к Ксеву, его глаза полыхнули красным. Затем зеленый амулет на его шее засветился неземным светом и выстрелил в Ксева так сильно, что поднял его в воздух и впечатал в стену за ним.

— Я тебя предупреждал! — рявкнул он на Ксева, сократив расстояние между ними. — В этот раз я вырву твое бесполезное сердце и скормлю его тебе!

Ник пытался добраться до Ксева, чтобы помочь ему, но какая-то невидимая сила удерживала его на месте. Он не мог ни двигаться, ни говорить.

«Коди?»

Она могла лишь вращать глазами.

«Я тоже заморожена. Джейден задержал меня».

Он мог лишь в ужасе наблюдать, как древний бог схватил Ксева за горло и прижал его к стене. Раненый и истекающий кровью Ксев был так же беспомощен против отца, как и они.

Его дыхание стало затрудненным, но он бесстрашно посмотрел отцу в глаза.

— Убей, если нужно, но помоги Малфасу. Он нес твое знамя и заплатил за это высочайшую цену. Меньшее, что ты можешь сделать — спасти ему жизнь. Он нужен Кэм в этой битве. Без него погибнет Джаред. Если у тебя есть чувства к кому-то, кто не спрятался с тобой, то спаси их.

Чистый гнев и ненависть исказили прекрасные черты Джейдена, и он зарычал на сына.

— Что ты сделал с ним в этот раз?

Ксев горько рассмеялся.

— Зачем спрашиваешь, если не поверишь ни единому моему слову?

В этот момент Ник увидел у себя в голове странную картинку. Но так как он больше не держал амулет, то не знал, откуда она появилась. Он увидел Ксева с Майон. Высокая и гибкая, она была великолепна.

Верх женского совершенства. Неудивительно, что Ксев потерял от нее голову.

У изящной и элегантной Майон были темные волосы, которые мягкими волнами спадали до ее талии. Именно в такие волосы парень хочет зарыться руками и лицом.

У нее было круглое лицо ангела, большие глаза, миленький носик и крупные губы. Ее кожа была золотистого оттенка, как будто была сделана из золота или им покрыта. Даже крылья казались отлитыми из него. Босоногая, она была одета в тонкое красное платье, которое оставляло открытым поцелованное золотом плечико.

На Ксеве была древняя бронзовая кольчуга, которая двигалась, как чешуя дракона, его красные сапоги с золотыми пряжками сочетались с его плащом. В центре его бронзового нагрудника была изображена отвратительная, ужасная химера. Его угольно-темные волосы гармонировали с переливчатыми крыльями, и у него были нормальные голубые глаза. Ксев выглядел, как совершенно другой человек. Ник едва узнал его.

Бледные глаза Ксева сверкали озорством, когда он прошмыгнул с ней в маленькую комнату древнего храма — нечто вроде комнаты оракула, освященную настенными канделябрами, которые отбрасывали тени.

— Тебя не должно здесь быть, — выговаривала она ему. — Что, если кто-то видел тебя?

Абсолютно нераскаивающийся Ксев одарил ее таким горячим поцелуем, что Нику было неловко наблюдать за ним. Он отстранился с тихим стоном.

— Я должен был прийти. У меня есть информация о планах битвы моей матери, которую тебе нужно знать.

Она прикусила губу и взяла его лицо в ладони.

— Дэри, ты должен прекратить шпионить на нас. Тебя убьют, если узнают.

Он безразлично пожал плечами.