Бодряк пожал плечами. — Что ж тогда. — сказал он и повернулся. — Бросьте в него книгой, Морковка.

— Хорошо, сэр.

Бодряк вспомнил слишком поздно, что гномы не понимают метафор.

И они очень хорошо умеют целиться.

«Законы и Указы Городов Анка и Морпорка» угодили секретарю прямо в лоб. Тот моргнул, пошатнулся и сделал шаг назад.

Это был самый длинный шаг, который тому доводилось делать. Ибо он длился всю оставшуюся ему жизнь.

Спустя несколько секунд они услышали звук удара его тела о землю, пятью этажами ниже.

Спустя еще несколько секунд их лица склонились над краем открывавшейся пропасти.

— Как удивительно все свершилось. — сказал сержант Двоеточие.

— Это факт. — сказал Валет, протянув руку к уху за окурком.

— Убит по божьему благословению. Метафорически.

— Не знаю. — сказал Валет. — По мне, так выглядит как обычная земля. У вас не найдется огоньку, сержант?

— Ведь все правильно, сэр? — настойчиво спросил Морковка. — Вы приказали…

— Да-да. — сказал Бодряк. — Не беспокойтесь. — Он протянул трясущуюся руку, взял сумку, которую прежде держал Обычный, и высыпал оттуда груду камней. В каждом камне была дырка. Зачем? — подумал он.

Шум, раздавшийся позади, заставил его оглянуться. Патриций держал обломки королевского меча. Капитан увидел, как тот выковыривает из стены вторую половинку меча. Это был удачный бросок.

— Капитан Бодряк. — сказал он.

— Сэр?

— Ваш меч, если позволите?

Бодряк вручил ему меч. Он не мог сообразить, что ему делать. Возможно ему было лучше самому оказаться в яме со скорпионами.

Лорд Ветинари тщательно осмотрел ржавое лезвие.

— Как давно он у вас, капитан Бодряк? — мягко сказал он.

— Это не мой. Он принадлежит младшему констеблю Морковке, сэр.

— Младшему… ?

— Мне, сэр, с вашего позволения. — сказал Морковка, отдавая честь.

Патриций медленно крутил клинок так и сяк, как-будто увлекшись этим. Бодряк почувствовал, что атмосфера сгущается, история споткнулась в этой точке, но почему, он в течение своей жизни так и не понял. Это была одна их тех точек, когда Штаны Времени кувыркаются переворачиваясь, и если вы были неосторожны, то легко можете попасть не в ту штанину…

Обычный восстал в мире теней, леденящее смятение вливалось ему в душу. Но все, о чем он мог думать в этот момент, была высокая фигура в капюшоне, стоявшая около него.

— Я думал, что вы все умерли. — пробормотал он. Это была странная тишина и покой, окружающие краски казалось поблекли и съежились, став тусклыми. Что-то было не так.

— Это вы, Брат Привратник? — осмелился спросить он.

Фигура наклонилась.

МЕТАФОРИЧЕСКИ, ответила та.

… и Патриций вручил меч Морковке.

— Прекрасная работа, юноша. — сказал он. — Капитан Бодряк, полагаю, вы дадите своим людям отдых на оставшуюся часть дня.

— Благодарю вас, сэр. — сказал Бодряк. — Хорошо, парни.

Вы слышали его высочество.

— Но только не вы, капитан. Нам необходимо немного потолковать.

— Да, сэр? — невинным голосом сказал Бодряк.

Отряд удалился, бросая на Бодряка полные печали и сострадания взгляды.

Патриций подошел к краю и посмотрел вниз.

— Бедный Обычный. — сказал он.

— Да, сэр. — Бодряк уставился на стену.

— Знаете, я предпочел бы, чтобы он остался в живых.

— Сэр?

— Заблуждавшийся, да-да, но полезный человек. Его голова могла еще оказать мне пользу.

— Да, сэр.

— Остальных, без сомнения, мы прогоним прочь.

— Да, сэр.

— Это была шутка.

— Да, сэр.

— По моему мнению, бедняге так и не удалось уловить идею тайных пассажей.

— Да, сэр.

— Этот юноша. Морковка, так вы его называли?

— Да, сэр.

— Увлекающийся юноша. Ему нравится служба в Дозоре?

— Да, сэр. Как дома, сэр.

— Вы спасли мне жизнь.

— Сэр?

— Идите со мной.

Он прошел сквозь разрушенный дворец, Бодряк следовал за ним не отставая, пока они не добрались до Продолговато-Кабинета. Там было все прибрано, кабинет избежал разрушений, не считая покрывавшего все слоя пыли. Патриций сел, и как-будто он не покидал своего места. Бодряк хотел бы знать, как это ему удается.

Он поднял стопку бумаг и смел щеткой покрывавший их слой штукатурки.