Шрифт:
Прошло несколько минут и за эсминцем вспыхнуло сияние - это коснулись друг друга защитные силовые поля двух кораблей.
– Правую фронтальную установку - в режим острого луча!
– скомандовал кап-три Боровиков, главный артиллерист «Святого Георгия-Победоносца».
Эсминец двинулся прочь от того места, где разливалось сияние. Оно потухло, но еще через какое-то время загорелось в новом месте, уже между двумя кораблями - эсминец наткнулся своим полем на внутренний кокон фрегата.
И тут же вся поверхность кокона, обращенная в сторону эсминца, вспыхнула звездочками. Это артиллерийские установки врага открыли огонь по тому месту, где, как определил командир эсминца, находится противник.
– Напряженность защитных силовых полей - двадцать пять процентов, - доложил Перминов.
– Угрозы прорыва нет!
Устроившийся в кресле перед центральным видеопластом Приднепровский кивнул и скомандовал:
– Начинайте, Боровиков!
– Внимание, комендоры!
– рявкнул главный артиллерист.
– Правая фронтальная установка по цели - огонь! Режим - непрерывный!
И тут же вспыхнула звезда в том месте, где находилась граница кокона, прикрывавшего эсминец.
– Двадцать процентов максимальной мощности, - рявкнул Боровиков.
– Двадцать пять процентов…
Звезда разгоралась, наливалась кровавым сиянием.
– Тридцать процентов… Тридцать пять…
От звезды круговыми волнами побежала по сторонам багровая рябь.
– Ага, - сказал Перминов.
– Защитные системы врага постепенно приближаются к максимально допустимому уровню?
– Может, подключим левую фронтальную установку?
– спросил Приднепровский.
– Можно, конечно, - сказал Боровиков.
– Но хотелось бы проверить, справимся ли мы одной установкой… Сорок процентов максимальной мощности…
Рябь сделалась оранжевой, потом желтой.
– Сорок пять процентов…
Разбегающиеся от кровавой звезды волны позеленели, потом сделались голубыми.
– Пятьдесят процентов…
Волны стали фиолетовыми. А потом они словно взбесились. На основную амплитуду наложилась дополнительная. Уже вся обращенная к фрегату часть вражеского кокона стала фиолетовой. Она колебалась, словно раскачивало ветром подвешенный воздушный шарик.
– Резонанс начался, - восхищенно сказал Перминов.
– Всего на пятидесяти процентах резонанс начался! Сейчас защитная автоматика отрубит кокон, чтобы вражеский генератор вразнос не пошел… Эсминец не заденете, стрелк и ?
– обеспокоенно спросил он Боровикова.
– Нет, луч направлен в сторону… А у тебя поле внешнего кокона обоюдополяризованное?
– Разумеется! Не волнуйся, луч ваш за пределы кокона не вырвется!
И тут фиолетовый воздушный шарик лопнул. Точнее не лопнул, а просто исчез.
– Силовая защита противником утрачена!
– доложил кап-три Колесов, главный специалист системы разведки и целеуказания.
– Применить установку электромагнитного импульса!
– скомандовал Приднепровский.
Боровиков тут же продублировал приказ.
Фрегат не содрогнулся. И эсминец тоже.
Но чей- то голос объявил:
– Залп ЭМИтером произведен!
Приднепровский встал и повернулся к Осетру:
– Ну что ж, Башаров… Ваша очередь браться за дело! Приказываю десантному отряду взять вражеский корабль на абордаж. Сейчас мы в придачу угостим их ударом станнеров. Так что вы вряд ли столкнетесь там со сколь-нибудь организованным сопротивлением.
– Есть взять вражеский корабль на абордаж!
– отозвался Осетр, с трудом сдерживая рвущееся в голос ликование.
Глава шестьдесят четвертая
Сам по себе абордаж происходил очень обыденно.
Когда Осетр примчался в транспортный отсек, десантники давно уже погрузились в катера. Старлей Мормышев одиноким перстом маячил между машинами. Увидев командира, подскочил, доложил о готовности отряда к операции.
Загрузились в головной катер, надели на головы персональные тактические приборы.
Осетр сообщил на мостик о том, что отряд в порядке, и получил приказ начинать операцию.
Открылся десантный люк, и катера один за другим начали покидать борт фрегата.
Вскоре все семь устремились к висящему в отдалении эсминцу.
В шлеме Осетра раздавались голоса, ведущие переговоры между мостиком и пилотами.
– «Крабы» с первого по седьмой! Система защиты взяла вас на контроль!
Все семь пилотов сообщили, что поняли.
– Можете высаживаться на обшивку цели! Стрельбы по вам не ведется!… «Орел-один»! Готовьтесь к началу абордажа!
«Орел- один» -это был позывной Осетра.