Скинув обувь, перепачканную в землю, я быстро забежала на кухню, схватила пару яблок и кинув приветствующий жест Монике, что взглянула на меня из-подо лба, пока тыкала иглой в ткань, удалилась в свою комнату. Однако на втором этаже застала очень увлекательную картину, которая повергла меня в восторг и шок одновременно. Чёрный пронырливый кот, названный мною в честь короля вампиров, выгибался дугой и шипел на пузатого, размером с кулак взрослого мужчины, хомяка, который зло дёргал заплывшими лапками. За этим всем с интересом наблюдал высокий, худощавый парень, сложив руки на груди. Я сначала посмотрела на кота, который испугался хомяка, затем на хомяка, который чувствовал себя уверенно, а затем на брата, быстро сообразив, что он отбитый придурок.

– Ну и что ты стоишь? Он же сожрёт его! – буркнула я, подходя ближе и стукая Талера в бок локтем. Однако локоть быстро пронзила боль от его костлявого тела. Дрищ долбанный!

– Не-не, – он взмахнул худой рукой с длинными костлявыми пальцами и скосил взгляд на меня, я задрав голову серьёзно на него смотрела, даже губы надула. Потемневшие братские глаза сверкнули больным интересом к происходящему и он снова уставился на кота с хомяком. – Твой пушистый засранец боится хомяка.

– Его мама домой притянула, – буркнула я, закатывая глаза и цокая, отворачиваясь от брата. Талер тихо захихикал, подставляя к своим губам ладонь. – Долго ты будешь смотреть, как хищник и потенциальная добыча дерутся друг с другом или всё-таки заберёшь мелкую живность?

– Какая ты противная, – проскулил Талер и присел на корточки, после подобрал хомяка обеими руками. Я внимательно наблюдала за его движениями: резкий присед, крепко схватил хомяка и так же резко выпрямился. Такие движения были присуще нашему отцу, который был ужасен в грации и плавности. Я вспомнила слова Аннабель, она сказала, что во мне нет ничего, что напоминало бы Габриеля Кросса. А после быстро заметила на руке Талера повязку из бинта, крепко охватывающую запястье. Парень дёрнулся, когда я схватила его за руку. – Рита! Отпусти меня! – я начала развязывать узел на белой повязке. Сердце бешено застучало и глаза округлились от страха. Гулким набатом кровь забилась в висках, заглушая его голос, знакомый мне с детства. – Твою мать! Отпусти! Не надо...

Он замолчал, только я распустила бинт. На запястье красовались две подсохшие дырки от вампирских зубов. Кросс младший уставился на меня злыми и перепуганными глазами. Я рыкнула и прижала его к стенке, приставив к его горлу локоть и сжимая прокушенную руку.

– Что ты творишь, идиот?! – прошипела я, сверля его взглядом и сжимая худое братское запястье. Талер морщился и хрипел, его глаза тряслись и губы тоже. – Кто это? Та девчонка? Сестра Карса?

– Рита, отпусти, мне больно! – проскулил Талер, понижая голос, что бы нас не услышала Моника. Я расслабила пальцы, понимая, что действительно очень крепко сжала его руку. Парень вернул бинт назад и зло дыша, косился на меня. – Тебя тоже кусали, я знаю.

– С чего ты?... – я собиралась соврать, но его взгляд кинул меня в дрожь. Талер навис надо мной и ткнул длинным худым пальцем в грудь.

– Римма сама меня попросила... – обиженно сказал он и собирался уйти в комнату, но я поймала его за край футболки и затормозила.

– Прости, – я вздохнула и приблизилась к брату, стараясь как можно добрее ему улыбнуться. – Просто сегодня столько всего произошло...А тут ещё и ты со своими интрижками с младшенькой дочерью графа Дракулы.

– Нет у нас никаких интрижек, – он нахмурился. – Да и вообще, чья бы корова мычала. Вся школа гудит о том, как «красавчег» тебя у шкафчиков зажал у всех на виду. Это такая сенсация. Поговаривают, что ребята из школьной газеты хотят выделить этой новости отдельную колонку. Аля: Что особенного в новенькой? А потом статья с заголовком: тысяча и один способ убить конкурентку.

– Спасибо, – буркнула я и сделав такое лицо, будто сейчас же выкину его в окно к чёртовой матери. – Просто, Талер, не давай вампирам запугать тебя. Не позволяй девчонке пользоваться тобой, как пакету с кровью. Ты не глупый мальчик, вот и не будь им. Не позволяй...

– То есть ты скатилась до статуса идиотки, что ли? Тебя то Карс покусывает. И... – он сощурился и окинул беглым взглядом мою шею. – И, видимо, не только покусывает.

– Талер! – фыркнула я. Парень отмахнулся и удалился в свою комнату. Какой же у него поганый характер. Я простояла на месте несколько секунд, проклиная брата за его острый язык и нежелание нормально со мной разговаривать. Это-то ясно, мы же брат и сестра. Грызться как кошка с собакой – это первое правило подобного родства. Вот интересно, у Карсов тоже так было? Или они родились с идиллией?

Переодевшись в трикотажные серые штаны, широкую чёрную футболку и фирменные кроссовки, которые получила как-то в подарок от отца, я завязала волосы в тугой хвост, который сзади разошёлся волнистым чёрным взрывом и прихватив портфель с бутылкой воды, запасными вещами и всякими девчачьими мелочами – удалилась из комнаты. В гостиной затормозила, так как проход мне перекрыла Моника.

– Рита... – начала она виновато. – Прости меня за утро. Я ворвалась в твою комнату, прочитала твоё письмо ещё и начала кричать на тебя. Прости пожалуйста. Просто...я вся на взводе. Сама понимаешь.

– Оу! Моника, я уже всё забыла! – я улыбнулась и отмахнулась, хотя ничего я не забыла. Утро только добавило сложности во всё, что сегодня произошло. Ещё и фамилия Бенрет кружилась в голове надоедливым торнадо.

– А ты куда-то собралась? – она улыбнулась уголками рта, хотя выглядело это очень устало, даже для вампира. Её тёмная бровь выгнулась дугой и лицо застыло в вопросительной гримасе.

– Да, в спортивный зал, – я пожала плечами и поправила рюкзак на плече. Моника, кажется, хотела что-то сказать, но запнулась на вдохе, потому что в дверь раздался звонок. Я вытянулась и покачав головой, шагнула в двери, ловко повернув ручку. Открыв её, я не сразу осмелилась на то, что бы распахнуть дверь полностью. На пороге, освещённый солнцем, словно бы позолоченная статуя стоял Кай. Его волосы снова были в идеальном порядке, чёлка со светлой прядью спадала на левый глаз, скрывая самую красивую часть его лица. Ровный профиль, словно выточенный из чего-то очень мягкого, освещался лучами солнца и еле заметно блестел. Тёмные волосы полнились светом, приобретая медный оттенок. Янтарные глаза стали почти жёлтыми, по своей текстуре напоминали подсохшую опавшую листву. На нём был бежевый мягкий пуловер с широким горлом, открывающим линию выступающих ключиц. Длинные мускулистые руки, прикрытые рукавами лишь до локтей, прятались в карманах тёмных джинсов, а на запястье правой руки болтался плетёный кожаный браслет. – При...привет.