– Назовёшь его как-нибудь?

– Конечно!

– Сомневаюсь, что ты справишься,- Макс ухмыльнулся.

– Это ещё почему?

– Из тысячи кличек тебе придётся выбрать одну единственную. Это то же самое, как выбрать свой жизненный путь.

– Уж поверь, я найду, как его назвать!

– Ну-ну,- Макс был уверен, что я не смогу.

– Вот увидишь, у него будет отличная кличка!

– Конечно.

И в этом «конечно» ничего не было от настоящего «конечно».

Мы остановились у меня перед домом. Попрощались. Я с восторгом забрала из-под его пальто согревшегося котёнка и принесла его домой. Родители, конечно, удивились, но обрадовались. Мы напоили нашего нового питомца молоком, и я унесла его к себе в комнату. Сразу я просто смотрела на него и никак не могла насладиться тем, что у меня теперь есть замечательный чёрный котёнок. Вообще, думаю, мне нравятся коты. Я уверена, что коты – это славные и благородные животные.

Вот говорят, коты - эгоисты. Я не знаю, кто это придумал, но мне невыносимо хочется словить этого подлеца и отрезать ему язык. Он видимо не знает, каково это, когда тебе без причины становится тоскливо, и ты ненавидишь весь мир и себя в первую очередь. Бывает такое, поверьте, и только кот, который вдруг запрыгнет к вам на колени и замурчит что-то на своём кошачьем языке, может вас спасти. Не спорю, есть и такие коты, которые пройдут мимо вас раз с десять, чтобы показать то, что им не важно, как вам плохо. Но так сделают лишь очень дурно воспитанные коты.

Мне захотелось читать, но ещё я хотела потратить немного времени на моего пока ещё безымянного питомца. В итоге, он уснул у меня на коленях, пока я читала книгу. Роки смотрел на нас внимательно со стола.

Так приятно читать с котёнком на коленях! Мне было удивительно хорошо и спокойно! Если у вас на коленях спит кот, то ваши мысли никак не могут быть тревожными. Коты навевают спокойствие. А я нуждаюсь в спокойствии. Возможно это не случайность, что его спасла именно я. Он нуждался во мне, а я нуждалось в нём. Мне всегда нужен был кот, который бы меня успокаивал.

К вечеру котёнок проснулся и принялся изучать комнату. Надвинулась ночь. Это была одна из тех ясных осенних ночей, когда на небе нет ни облака, а звёзды видны удивительно ярко. На небе весела луна цветом в золотистую фольгу, которой упаковывают иногда шоколад. В такие ночи, особенно когда на небе толстопузая золотая луна, а не свежий серебренный месяц, мне становится немного грустно.

Я привязала к ниточке фантик из-под конфеты и начала шуршать им прямо перед носом котёнка. Тот уставился на него внимательными глазами. Зелёными! Чёрт возьми! Я только сейчас заметила, что у этого котёнка глаза совершенно зелёные! Не знаю с чем их можно сравнить! Их можно сравнить, разве что, только с изумрудными глазами Макса. Я потрясла перед ним фантиком, а он устало зевнул и ушёл к тёплой батареи.

Меня вдруг осенило. Я растворила окно и принялась швырять в окно Макса камнями. Бедный Роки. Он не должен этого видеть.

Макс открыл.

– Макс! Райман! Райман!

– Что?

– Райман! – повторила я с восторгом.

– Что Раймон? Чего ты хочешь?

– Я назову его Райман!

– Кого? – Макс, кажется, совсем не понимал, о чём я говорила.

– Котёнка! Ведь он так на тебя похож! У него глаза зелёные! Не жалкое подобие, а по-настоящему зелёные! И ведь его шерсть чёрная, как и твои волосы! А когда я начала с ним играть, он зевнул и, развернувшись, ушёл спать! Это кошачий вариант тебя!

– Ты просто мстишь мне из-за того, что мою собаку зовут Фаер,- улыбнулся мне Макс.

– Нет!

Подул сильный ветер, и я поняла, что замёрзла. Я взяла ветровку, лежащую на кровати, и накинула её.

– Холодает. Зимой мы не сможем так разговаривать,- сказала я.

– Точно,- согласился Макс.

– Можешь мне сыграть что-нибудь?

– Тебе разве грустно?

– Да. Немного грустно.

– Ладно,- он добродушно улыбнулся, как всегда улыбается мне Дима, и ушёл за гитарой.

Вернувшись, Макс уселся на подоконник, бросил на меня выжидающий взгляд. Я молчала. Он вздохнул и спросил:

– Что тебе сыграть?

– Ту самую песню. Без названия.

– Самая худшая песня из всех, которые я умею играть.

– Может быть, но зато её написал ты сам, а не кто-то другой.

Он расплылся в довольной улыбке.

Кончилось тем, что Макс играл эту песню снова и снова, пока я не почувствовала, что мне не так уж и грустно. Я спустилась с подоконника. В этот момент подул сильный северный ветер.

– Спокойной ночи и до следующей весны,- поёжившись от холода, сказала я.

Нам придётся воздержаться от таких разговоров целую зиму.

– До весны,- усмехнулся Макс.

Я закрыла окно. Мне больше не было грустно.

Присев на пол, рядом с маленьким, задремавшим котёнком, я тихо сказала:

– Спокойной ночи, Райман. Уверена, что ты будешь хорошим котом.

========== Часть 19 ==========

Я пила отличный апельсиновый сок и чувствовала себя счастливой, а ещё немного несчастной. Счастлива я была из-за того, что передо мной сидел Алекс. Несчастна я была по той же причине.