– Можно мне молока в чай добавить? – спросила я, болтая ногами под столом.

– Конечно.

Дима был просто счастлив. Готовить чай, пить чай, говорить о чае – всё это заставляет его просто сиять. Он налил мне в чашку молоко, и я сразу же удивилась.

– Мой чай розовый!

– И что не так? – не понял Дима.

– Он розовый!

– Так и должно быть.

– Разве? – удивилась я.

– Конечно! Если в хороший и качественный чай добавить молоко, то он обязательно станет розовым.

– Ничего себе! Только подумай, я всю жизнь, выходит, пила чай некачественный! Ужас!

Дима рассмеялся.

– И как это ты мог такое допустить? – спросил у него, ухмыляясь, Макс.

– Допустить! – вспомнил вдруг Дима. – Я не могу допустить тебя к этому Алексу. Он мне не нравится.

– Не поверишь, но мне тоже,- сделала глоток чая я. – Чай такой вкусный!

– Не переводи разговор,- теперь заговорил Макс. – Я просто предупреждаю, что у Алекса вечеринки своеобразные.

Не знаю, что он имел в виду под этим словом, но Диму это задело.

– Не ходи!

Я бы, наверное, и не пошла бы. Кому хочется переться в гости к незнакомому нахальному парню в пятницу вечером? Мне нет. Я бы нашла, чем себя занять. Но, когда Макс и Дима так это запрещают, я просто не могу себе отказать в удовольствии, не послушать их.

– Я пойду.

– Фаер, не надо,- тревожно проговорил Дима.

– Надо!

– Нет, не надо! – вдруг крикнул он.

Я только рассмеялась:

– У кого-то нервы не к чёрту.

Дима сделал глубокий вдох, выпил чаю и сказал:

– Нет. В любом случае, не у меня. Я пью чай и у меня всё отлично.

– Самообман,- сказал Макс, глядя в свою чашку с кофе. – При чём, до мерзости очевидный самообман.

– Прямо до мерзости? – спросила я.

– Да. Не люблю, когда правда так очевидна,- он сделал глоток кофе. – Когда перед глазами появляется голая, совершенно обнажённая правда, какой-то голос в голове начинает шептать, что глаза пора закрывать.

То, что мы отвлеклись от главной темы, меня напрягло, поэтому я напомнила:

– А вечером я всё-таки пойду к Алексу.

Мне никто ничего не ответил. Такое положение дел меня ничуть не устраивало, поэтому я толкнула ногой под столом Диму.

– И чего ты ждёшь? – спросил он нервно. – Ты всё равно нас не послушаешь. Ты слушаешь только себя. Поэтому сама и решай, идти тебе или нет.

– Я пойду,- твёрдо решила я. – За меня не переживайте. Я знаю, что делаю. В самом же деле! Я не иду на вечеринку, я иду поговорить с Алексом.

– Представляю, как вы поговорите,- сказал сам себе Макс.

– Не на что там не соглашайся,- вдруг выпалил Дима и встал нервно. – Я сейчас вернусь. Должен дать тебе кое-что для безопасности.

Он вышел из комнаты, и мы с Максом остались вдвоём.

– И что ему не сидится? – спросила я у Макса.

– За презервативом пошёл он что ли? – как ни в чём не бывало, ответил тот.

Я почему-то была так удивлена, что пролила чай на стол.

– Ну, что? – спросил Макс. – Я же сказал, что его вечеринки очень своеобразные. Нечего тебе там делать.

– Насколько своеобразные? – спросила я.

Только теперь мне стало понятно, на какую глупость я иду. Сегодня вечером, ничего не сказав семье, я ухожу затемно в гости к парню, которого вижу всего-то второй раз в жизни. Да ещё при всём этом я понимаю, что он гораздо старше и сильнее меня. Бог мой, о чём я думала?

– Я пришёл,- объявил своё возвращение Дима.

В руках у него был перцовый баллончик.

– Держи его с собой. Используй, если понадобится, но старайся сделать всё, чтобы он тебе не понадобился. Завтра я к тебе зайду, расскажешь, как всё прошло, а баллончик вернёшь. Мне предки голову открутят, если он пропадёт.

– Какой заботливый,- я взяла в руку перцовый баллончик. – Ну, я думала, что лучше мне не идти, но теперь со мной точно не случится ничего плохого. Поэтому я точно решила, что пойду.

И я, правда, так решила. Дело глупое и рискованное, но ведь зато будет интересно! Зато я не буду жаловаться больше на скуку! Все говорят мне не идти туда, поэтому я пойду. В конце концов, я хочу хоть капельку безумия. Пора вырываться за рамки! Все подростки анархисты. А ещё я решу, наконец, всё то, что не смог решить Макс. Я заставлю Алекса осознать его вину!