– А ты очень навязчивая, Фаер.

– Не называй меня так. Для тебя я Анна.

– Фаер,- хмыкнул он.

– Нет, Анна!

Наверное, именно из-за того, как сильно я возмущаюсь, он продолжал обращаться ко мне по фамилии.

– Не надо так злиться, Фаер.

– Я сказала, чтобы ты так меня не называл! А ты,- я кричала на него,- ты должен поговорить с Максом! Извиниться перед ним ты просто обязан! Понял, Алекс?!

– Алекс? Не называй меня Алексом, для тебя я Александр Берг,- передразнил меня он, а потом добавил: - И не говори мне, что делать, девочка.

– Ещё как буду! Ты ужасен! Знаешь, сколько из-за тебя было проблем? Чего стоило похмелья Макса! В первый день в новой школе! Ты должен с ним поговорить!

– Слушай, Фаер,- он начинал терять терпенье. – Я ничего никому не должен. Здесь все должны мне,- а потом он добавил,- Фаер.

– Анна! – зло напомнила я.

– Но Фаер…

– Для тебя я Анна!

– Почему не Фаер? Звучит ведь неплохо. Фаер… Я собаку бы так назвал,- он ухмыльнулся. – Собакам должны нравиться собачьи имена.

Я этого стерпеть не могла. Со всей силы я ударила его по щеке. Под осенним пасмурным небом громко раздался шлепок. А потом тихий страшный смех: смеялся Алекс.

– Это ты зря,– он взял меня за воротник.

Вот теперь наши взгляды с оглушительным звоном столкнулись. Его жестокий и мой перепуганный. Надеюсь, он не заметил этого. В любом случае, времени у него было немного.

– Алекс! – крикнул Макс со школьного порога.

И Алекс сразу же быстро меня отпустил.

Дима и Макс подошли ко мне.

– Всё в порядке? – спросил Дима, настороженно глядя на Алекса.

– Да, всё нормально,- сказала я звонко и с вызовом глянула в глаза Алексу.

Мне больше не страшно. Когда эти двое рядом, мне просто не может быть страшно. Мы молчали. Макс тяжело дышал. Я посмотрела на него: он был чертовски зол. И почему-то мне ясно, что злится он не на Алекса, а на меня.

И мне было непонятно: почему он злится? И что он чувствует? Вот стоит друг, который бросил его одного против всего мира. А он злится на меня? Что у него внутри? Не понимаю. И не пойму. Я думаю, что это невозможно – чувствовать то, что чувствуют окружающее. Нельзя их полностью понимать. Можно просчитать их ходы, отгадать реакцию, манипулировать, но вы никогда не сможете открыть для себя их внутренний мир. А уж тем, кто в себе самом разобраться не может, не следует даже и пытаться.

Но я сразу же почувствовала себя уверенно, когда появились парни. Да! Я чувствую себя в безопасности. Особенно от того, что рядом, прикасаясь своим плечом к моему, стоит Макс. Когда он рядом, мне почему-то всегда становится спокойнее. Нужно будет как-нибудь рассказать ему об этом. Но я этого не сделаю, нет. Он навевает спокойствие. Когда он рядом никакие мысли о кошмарности этого мира мне не страшны, словно он их отгоняет. Но почему, почему я не могу сказать ему, что его присутствие для меня, как крепкий кофе и тёплый шерстяной плед?

– Ну, и что теперь? – спросила я у Алекса нахально.

– Знаешь, у меня сегодня вечеринка,- вдруг мило улыбнулся он. – Было бы очень хорошо, если бы ты пришла.

Какой хитрец! Теперь, когда рядом Макс и Дима, он улыбается, как сущий ангел, а не как больной психопат!

– И? – мило улыбнулась в ответ ему я.

Не знаю, во что мы с ним играем, но вызов принят.

– Я тебе напишу сообщение с адресом…

– У тебя нет её номера,- перебил его Дима хмуро. – И не будет.

– Уйми своего блондинчика, и оставь мне свой номер.

Дима улыбнулся так, словно знал, что я номер не оставлю. И это меня разозлило. Поэтому я продиктовала ему не случайный набор чисел, как люблю это делать, а назвала свой настоящий номер.

– Понял? – ухмыльнулся Алекс Диме, а мне подмигнул. – Приходи. Обсудим твоё предложение.

Наверное, он имел в виду его будущий разговор с Максом.

Мы услышали, как в школе прозвенел звонок.

– Бегите,- выпустил дым от сигареты в небо Алекс. – Ещё не хватало, чтобы вы из-за меня на урок опоздали, малыши.

Я бросила на него злобный взгляд, он почему-то неконтролируемо улыбнулся, а потом на его лице снова появилась маска злости и враждебности. И самое удивительное, что я прекрасно понимала, что это всего-навсего маска. Он вовсе не такой желчный, каким хочет казаться. Мы точно играем в какую-то игру.

Но прозвенел звонок. Впереди урок алгебры. По этому предмету мне в конце года придётся экзамен сдавать, поэтому я вернулась в школу. Мы с Димой весь урок сидели тихо. Когда учительница вышла, он спросил: