– Уже четыре утра!

– Ещё четыре утра,- усмехнулся Алекс.

Он очень классный. Но, к сожалению, Макс уже ждёт, и я должна его отпустить. Я открыла входную дверь, и прямо у меня на пороге уже стоял Макс. Его лицо выражало… чёрт возьми, я понятия не имею, что оно выражало! Но от его обычного спокойствия там не было больше ничего. Я даже вскрикнула от неожиданности, а потом сказала важно:

– Вот! Я доверяю тебе Алекса! Будь с ним вежливым и любезным! Не таким, какой ты всегда!

Меня вдруг осенило, и я добавила:

– Ведь это же ужасно романтично! У вас будет ночная прогулка! Прекрасно! Когда проведёшь Алекса, то поцелуй его в лоб, пожалуйста! Это будет так мило.

– Иди отоспись, Фаер,- устало сказал мне Макс.

– Не приказывай мне, что делать,- огрызнулась я.

Макс только покачал головой и вздохнул, глядя на меня.

Они с Алексом медленно пошли прочь. Я стояла на пороге дома и смотрела им в спины. А потом заорала:

– Приятной дороги! Не порвите друг друга!

И только тогда я вернулась в свою комнату. Голова была тяжёлой, и мне ужасно хотелось спать. Я забралась под одеяло и только там поняла, что делаю то, что мне приказал Макс.

– И как он умудряется всегда знать, что мне нужно?

А потом я уснула. Просто провалилась в глубокий сон. Я бы, наверное, спала бы целую вечность. В любом случае, мне так казалось. Проснулась я только в обед следующего дня, а у меня было чувство, будто я даже и часа не поспала. Голова мне стала болеть ещё сильнее, чувствовала я себя ужасно. Мне хотелось пить.

Кто-то ещё звонил в звонок. Я налила себе в стакан воды и пошла, открывать дверь.

– Вас только не хватало,- сказала я, держась за болевшую голову.

На пороге стояли Дима и Макс. Дима выглядел взвинчено и тревожно. А Макс выглядел…

Совсем не таким он выглядел, каким я его вчера запомнила. Теперь у него под глазом синел фингал, а в уголке рта была ссадина с запёкшейся кровью. Мне нравилось, я издала какой-то непонятный одобрительный возглас.

Нет, у меня с этим какие-то проблемы, серьёзно. Мне невыносимо начинает нравиться Макс, когда у него на лице появляются ссадины или царапины. А лучше и то, и другое вместе.

– Ты как? – тревожно спросил у меня Дима.

Я молча осушила целый стакан воды.

– Понятно,- ответил он. – Ну, зачем ты пила? Зачем устроила вчера тот цирк с Алексом?

– Не пили меня,- сказала я устало. – У меня и так голова болит.

– Извини,- тихо сказал Дима.

Дима, милый Дима. Он переживает, чтобы у меня не болела голова. Он хороший. Но Макс нет.

– Вот и славно, что тебе сейчас плохо. Будешь знать,- сказал он громко.

Его слова болезненным эхом раздались у меня в голове.

– Бери пример с Димы,- сказала я ему с ноткой обиды в голосе. – Мне нужна поддержка.

– Убить тебя нужно, а не поддержка,- ответил Макс сурово.

Я обиделась. Очень обидно такое услышать, особенно когда тебе по-настоящему плохо. Мне нужно меняться. Я всегда нуждаюсь в поддержки друзей. Так не должно быть. Когда научишься находить поддержку в самом себе, вот тогда всё начнёт получаться. Тогда всё будет не так уж и ужасно.

– Мне нравится, когда ты побитый,- примирительно улыбнулась я Максу.
– Это тебя Алекс?

– Мы с ним подрались, когда я провожал его домой.

– Подрались? Из-за чего?

– Из-за того, что он такой придурок,- сказал Макс, а потом вдруг улыбнулся. – Но всё нормально. Мы сразу подрались, а потом долго сидели избитые и разговаривали. Нам, наверное, только подраться и нужно было, чтобы всё наладилось.

– Так вы помирились! – радостно воскликнула я.

А потом ухватилась за свою голову. Любой шум, даже мой собственный, делал мне больно.

– Типо того,- улыбнулся Макс.

– И это всё из-за меня. Это всё благодаря мне. Спасибо? – намекнула я ему.

– Пожалуйста,- безразлично сказал он.

Но по его глазам было видно, что он благодарен. Он благодарен мне настолько, что готов даже забыть вчерашнюю шутку. Его изумруднее глаза стали чуть изумруднее и счастливее. Он весь стал чуть ярче. Или же это мне так кажется из-за его потрясающей ссадины в уголке рта.

Я тихонько простонала и дотронулась до головы.

– Дима, мне плохо,- сказала я тихо. – Дай мне какую-нибудь таблетку.