Тайвин понятия не имел, что делать дальше? Уйти или остаться? Какие слова говорить той, которая сейчас стояла перед ним. Он пришёл к ней, и причину своего визита он никак не мог сформулировать. Впрочем, он прекрасно знал, зачем пожаловал к воспитаннице, но разве он мог сказать ей об этом? Нет. Мужчина не хотел казаться слабым.

— Тебе нужно следить за своими словами.

— Ещё вчера я была уверенна в том, что нравлюсь вам. Как человек, конечно, — немного помолчав, добавила Арья. — но после сегодняшнего разговора я, если чего и хочу, так это уйти от вас. Ваше желание занять Винтерфелл оскорбляет меня. Вы забываете, что он принадлежит мне, я родилась и выросла там. Я — Старк и всегда ей буду. Понимаете?

— Когда-то я сказал тебе, что жизнь — тяжёлое испытание для каждого человека. Нужно уметь принимать всё то, что нам уготовлено. Выживает сильнейший, разве ты не знаешь об этом?

Арья злобно усмехнулась.

— Я — человек, вы забыли об этом? Не всегда законы жизни принимаются как должное. Смерть, рождение, победы и проигрыши, на всё это каждый человек реагирует по-своему, но в одном мы все похожи — мы реагируем. Кто-то плачет, кто-то злится, кто-то смеётся. Я не исключение. Стыдно ли мне за брата? Да. Хочу ли я вернуть Винтерфелл? Очень. Больно ли мне слышать, что он ваш? Да. Плевать ли мне на сестру? Да!

Одинокая, брошенная, нуждающаяся в заботе и любви. Тайвин внимательно вслушивался в каждое сказанное ею слово. Хрупкая девочка не желающая уступать тому, кто годился ей в деды. Юный волчонок и матёрый лев. Они стояли друг напротив друга, подобно двум диким зверям, защищавшим свою территорию. Каждый был по-своему прав. Непростой нрав, жажда к доминированию и не желание подчиняться — это всё делало Арью и Тайвина похожими. Желание обнять, крепко прижать к себе и никогда не отпускать эту маленькую лютоволчицу, овладевало мужчиной всё сильнее. Но как поступить? Как жаждет сердце или как подсказывает разум? Уйти или остаться и сделать то, что в последнее время не даёт покоя? Обнять, дать понять, что она для него ни только воспитанница из знатного рода? Ах, если бы все эти вопросы в голове Тайвина имели ответы.

— Арья, — один лишь шаг Тайвина, резкое движение руками и девочка Старк оказалась в его цепких объятьях. — в первые в жизни я понятия не имею, что ответить, — уткнувшись лицом в волосы Арьи, прошептал лорд. Было хорошо и стыдно одновременно.

Опешившая таким неожиданным поступком Тайвина, Арья не желала освобождаться из приятных для неё объятий. Крепкие, по-своему близкие, они утешали её, предавали уверенности в себе и своём будущем. Запах. Арья чувствовала запах, который исходил от мужчины. Вино. Корица. Прикрыв глаза, девочка хотела одного, чтобы это мгновение превратилось в вечность. Она чувствовала тепло, чувствовала мускулистую грудь своего наставника. Прижавшись к нему, северянка почувствовала нечто необъяснимое внизу живота. Ноющая боль, жар. Испугавшись, Арья резко отпрянула от мужчины.

— Что с тобой?

— Голова болит, — присев на постель, пролепетала Арья. Она лгала. Другого выхода у неё попросту не было, но верил ли ей Тайвин? Нет.

Присев рядом, Тайвин заботливо провёл ладонью по голове девочки.

— Иди ко мне, — прошептал лорд.

Молча, Арья вновь прильнула к своему наставнику. Аккуратно положив голову на колени мужчине, она чувствовала себя самой счастливой во всех Семи Королевствах. Тонкие пальцы Тайвина нежно поглаживали волосы, ушки и шею северянки. В комнате наступила совершенная тишина. Не было слышно ни звука. Прикрыв глаза, Арья наслаждалась каждым движением рук мужчины. Ей было хорошо. Никто из них не знал, с чего начать разговор и как объяснить своё поведение. Казалось, им обоим проще было молчать и делать то, что хотелось. Тайвин внимательно изучал ту, которая положила свою головку на его колени.

Прежде так делала только его дочь. Малышка Серсея любила сидеть на коленях у отца и что-то ему рассказывать. Но сейчас всё было по другому. Арья ни дочь, ни внучка, она другая, сейчас она ближе, чем родная дочь. Она рядом, она дорога ему. Возможно стоит прекратить всё это и уйти? Этот вопрос Тайвин задавал себя несколько раз, но ответ был один — нет. Он не желал покидать пределы крошечной комнаты своей воспитанницы. Возвращаться туда, где его никто не ждёт, в свои покои, он не хотел.

— Почему вы молчите? — пролепетала Арья.

— Что ты хочешь услышать? — опустив вниз голову и посмотрев на спокойно лежавшую девочку, спросил Тайвин.

— Не знаю, вам виднее.

Тайвин усмехнулся. Ах, если бы только его воспитанница знала, что он и сам понятия не имеет, что говорить и как вести себя. Смешно и грустно одновременно.

— Если бы на моём месте был кто-то другой, ты услышала бы много приятных слов, — произнёс мужчина, — но рядом с тобой — я, — с грустью в голосе, заключил лорд. В какой-то степени он сожалел о том, что не может сказать вслух те слова, которые не раз говорил про себя.

— Вы хотите, чтобы на вашем месте оказался кто-то другой?

— Нет, и я уверен, ты знаешь об этом. Верно?

— Догадываюсь! — повернувшись лицом к Тайвину, ответила Арья.

Лёжа на спине, Арья сквозь улыбку рассматривала Тайвина. Его взгляд, немного другой, прежде девочка не замечала, чтобы её наставник так напряжённо всматривался в неё. Но борьба взглядами прекратилась сразу же, как мужчина прильнул к губам улыбающейся девочки. И всё-таки, он не смог удержаться! Её губки. Пухлые, розовые, невинные, как же они манили его к себе. Сколько раз он останавливал на них свой взгляд, но сразу же, взяв себя в руки, переводил его на что-то другое. На этот раз желание победило разум.