Перевод песни, который я выкладывала на Фикбуке ранее, удалили, т.к. Фикбук не для переводов песен. Можно было бы поспорить, но не хотелось. Однако я слишком много сил к нему приложила, чтобы он лежал мёртвым грузом на компе. Перевод писался с английского (не владеют я японской грамматикой), но при постоянной сверке с японским, ибо английский убил всю красоту текста на фиг. Данная версия всё-таки не претендует на точность, зато она более-менее отрифмована и попадает в размер оригинала, так что её можно петь вместе с Тоширо.

Первоначально планировалось использовать песни JAM, не зря Карин затребовала их переводы во второй части. Но они и так идут в качестве эпиграфов, да и эта показалась более подходящей.

Первый куплет

========== 3.12. Большой цветок аквамаринового лотоса ==========

Разумеется, Такинара и представить не могла, чем аукнется нынешняя прогулка по Руконгаю. Сначала Хицугая исследовал каждый закоулок как обычно на своих вылазках в Сейрейтей, да и территория отряда подверглась аналогичному исследованию. Потом он всё же что-то нашёл на одной из мелких улочек между вполне приличными, местами каменными домами. Кажется, это был уже третий или четвёртый район. Мика обратила внимание, как юноша внимательно оглядел стены и землю, затем присел, сунув пальцы в не совсем чистый водосток, и брезгливо сморщился.

– Что там? – заглянула через плечо Такинара, уставшая от ожидания.

– Тс-с, – шикнул брюнет, приложив палец к губам. Мика, никогда не жаловавшаяся на слух, тоже попыталась прислушаться, но безрезультатно. Уточнить, что именно он услышал, Такинара не успела. Парень подорвался, схватил её запястье и буквально саданул о стенку. Сам он также прижался к строению, пытаясь слиться с окружением. Шатенка прикусила губу - бусины в шнурке, поддерживающем тонкий хвостик волос на затылке, больно впечатались в голову. Какого меноса тут происходит, и неужели его слух настолько острее, чем у синигами, ведь Такинара по-прежнему ничего не слышала.

Хицугая с паникой в глазах огляделся, его взгляд задержался на девушке. Мика сглотнула, понимая, что именно она выдала их инкогнито, но Каташи, как оказалось, вовсе не собирался ей выговаривать. Он повернулся спиной к проёму, облизал пересохшие губы, при этом в его глазах промелькнул какой-то обречённый страх, прежде чем он их закрыл, а потом…

Мика впала в ступор, поскольку брюнет резко сократил расстояние и впился ей в губы, прижимая её как минимум в двух точках и не давая отстраниться. Какое-то время шатенка простояла столбом, широко раскрыв глаза, но и Хицугая не двигался. То есть, совсем не двигался.

Тогда Мика попыталась освободиться, но не тут-то было. Объятия стали сильнее, вынуждая девушку прогнуться в спине, из-за чего рельеф мужского крепкого тела стал чувствоваться острее. А потом он раскрыл её уста, и Мика потерялась в ощущениях.

Каташи кончиком языка тронул зубки девушки, втянул её нижнюю губу и осторожно прикусил, а затем снова углубился в рот. Иногда он прерывался, но это, скорее походило на волны прибоя, которые набегают с тихим шелестом и неотвратимо откатывают, увлекая при этом за собой в море.

Стукнув кулачком по груди Хицугаи в последний раз, Мика раскрыла ладонь, с нажимом провела по основанию шеи и уже сама не позволила парню отстраниться. Всё, больше никаких пауз!

Его волосы были мягкими, кожа на щеках – приятно-гладкой, а запах – сложным и незнакомым. Аристократы-мужчины, которых Такинара встречала среди старшего офицерского состава, конечно, пользовались ароматической водой, как, впрочем, и женщины. Та же Мацумото могла благоухать, как парфюмерный магазин, правда, лейтенант десятого отряда – это отдельный разговор, слишком часто та бывала на грунте, пользуясь его благами. Но большинство использовали простые цветочные ароматы.

Запах Хицугаи всегда был чуточку другим: жарит солнце, дует лёгкий ветерок, в помещении или на улице, во время тренировки или сидя на лавочке – к ярким морским нотам примешивалось что-то ещё, каждый раз разное. Это удивляло девушку. И приковывало внимание.

К сожалению, долго полетать в облаках не дали. Буквально в нескольких шагах раздалось шипяще-свисящее:

Синигами…

Такинара, как и Хицугая, медленно повернула голову на звук. Она оценила противника с полувзгляда: непривычная для руконгайцев одежда, высокая рейацу, мечи. Хм, а не те ли это демоны, которых так ожидает руководство Готея?

Но уточнить ей не дали. Ещё прежде, чем означенные вытащили клинки, Хицугая, больно схватив шатенку за руку, рванул прочь, сразу уходя в узкий переулок. Да и потом принялся петлять, как пьяная змея. Впрочем, это было кстати, поскольку преследователи не отставали и на открытом пространстве прямой улицы догнали бы их немедленно.

– Почему мы не принимаем бой? – запыхавшись, спросила Мика, стараясь не висеть на его руке, которой юноша по-прежнему держал её за запястье.

– Мне нужно пространство, – прохрипел он, сбиваясь с дыхания. – А ещё уверенность, что я не задену случайных людей.