– Зато он здорово меня погонял по Камале, - заметил пилот.
– Мне повезло, что я удрал на Омегу. И там уже устроился работать к Арии, но азари не знала, кто я такой. Или знала, но ей было плевать. Я пытался вытащить Тулуса, еще когда его перевозили, даже нанял команду. Но нас быстро прихлопнули, я еле удрал. Солем, хоть и трус, но не дурак. Догадался, что я захочу освободить друга. Пригрозил, что если я попытаюсь убить его, то Тулусу тоже крышка. А если моя рожа засветиться в “Чистилище”, заграбастают и меня. Так что мне пришлось на какое-то время затаиться. А потом появилась ты.

Ниро бросил на девушку хмурый взгляд.

– Живая. Здоровая. Работающая на террористов.

– Это правда, стрела? Ты работаешь на “Цербер”?
– уточнил Тулус.
– На тех, кто объявил таких как я - низшей расой?

– Не совсем так, - уклончиво ответила она, понимая, что, только рассказав правду, сможет хоть как-то сгладить свою вину перед ними.
– “Цербер” не так ужасен, как его малюет Альянс. Сами знаете, как работает пропаганда у последних. Но я тоже без дела не сидела, так что не надо, Ниро, считать меня исчадием Ада и полагать, что все это время я провалялась в постели с новым боссом, как ты вдруг с чего-то решил. Если хочешь узнать, что со мной случилось, я расскажу. Вкратце. При условии, что ты не станешь прерывать меня ехидными комментариями. Договорились?

– Хм, - выдохнул он.
– Любопытство или глумление? Пожалуй, проявлю гуманность и выберу первое. Тем более что мне чертовски хочется узнать, не сбрендила ли ты, связываясь с террористами. Наемники, конечно, не ангелы, но мы, по крайней мере, не прикрываемся никакими идеалами. В отличие от вас.

Это разделение на “мы” и “вы” окончательно доказало Хестром, что “стрелы” мертвы. Ниро никогда не простит её за молчание, а, если простит, его доверие к ней изрядно пошатнулось. Впрочем, это было даже хорошо. У неё не было намерения возвращаться к прежней жизни. Как бы ни был страшен “черт” тире “Цербер”, Криз понимала, что сейчас от прежнего плана просто использовать ресурсы этой организации, чтобы добиться своей цели, не осталось и следа. Весь этот бред насчет ресурсов всего лишь отговорки, за которыми прятался страх признать очевидное и крайне неприятное. Она не просто хотела работать на “террористов”, она уже была частью этой организации.

Но она не могла признаться в этом друзьям. Так что, вкратце рассказав им о Хэнке, своем восстановлении и проекте “Оса”, даже о своем провале с Райсом, она упомянула, что у неё еще есть свои задания и цели, и теперь с “Цербером” просто по пути. Так им будет понятнее. И не столь обидно.

– Так значит, человек, ответственный за события на Марсе, мертв?
– задал уточняющий вопрос Тулус, задумчиво разводя жвалами.

– Да, - просто ответила она.
– Не от моих рук. Но мертв.

– Твой босс использовал тебя, как марионетку, а ты после этого еще на него работаешь?
– не понял Ниро.
– И собираешься продолжать? Ты точно рехнулась, Криз.

“И ты еще про Бинту не знаешь”, - пронеслось в голове у девушки, но она благоразумно не стала рассказывать про свою работу в проекте “Возрождение”. Вместо этого слегка пожала плечами:

– Ты не понимаешь, Ниро. Я сама попалась на крючок, как идиотка, потому что была ослеплена эмоциями. Разве не то же самое случилось с тобой и Тулусом на Камале, когда вы хотели отомстить за меня?

– Правильно я понимаю, что ты намерена вернуться туда, где с тобой так обошлись?

– Правильно. Мне жаль, Ниро. Но Синяя стрела уже мертва.

– Ну что ж, - вскочил он на ноги как ужаленный.
– Тогда нам всем пора расходиться! Куда там Массани хочет податься? На Землю? Вот и мы с Тулусом там сойдем. Хватит с меня уже Хестром Криз!
– зло выкрикнув последнее, мужчина рывком открыл люк пилотной рубки и вышел.

Несмотря на тяжесть на сердце, Хейс была рада, что все разрешилось. Это принесло ей облегчение, хотя ей хотелось бы расстаться со своим другом, оставшись с ним в более теплых отношениях.

– Не переживай, стрела, - Тулус, поднявшись, заботливо коснулся её руки.
– Он просто злится.

– Я знаю. Но я не могу сказать то, что он хочет услышать.

– Тогда молчи. До Земли еще много часов. Успеет остыть.

========== 24. ТОЧКА-ЗАПЯТАЯ-ВОПРОС ==========

Оказавшись в пилотной рубке с хакером, Кэннон не мог слышать ничего, о чем говорили в другой части яхты. С одной стороны, ему было крайне любопытно и - что важнее - полезно бы знать, что там творилось. С другой стороны, ему выпал отличный шанс кое-что сделать, и эта мысль все-таки пересилила любопытство.

Конечно, ему не нравилось, что с ним обращались подобным образом. Мало того, что его огрели разрядом электрического тока, так еще и попросили удалиться, как дите малое. Это его слегка разозлило, но нужного эффекта своими возражениями он добился: никто теперь не воспринимал его уединение с Болом с какой-то опаской.

Хестром Криз была терпелива до поры до времени. Она могла какое-то время лавировать между опасным и не слишком надежным Массани, надежным, но не слишком лояльным Ронаном и обнаглевшим, но не слишком молчаливым Кэнноном. Но её терпения все равно не хватало на то, чтобы урезонить всех. Уильям был этому даже рад, поскольку тогда её внимание рассеивалось, и она, пытаясь не раскачивать лодку и помирить всех со всеми, в этом маленьком хаосе могла не заметить некоторых деталей. Например того, что Кэннон поддерживал роль незадачливого болтуна не просто потому, что ему хотелось таким слыть.