Его ход для Хейс не представлял интереса, поэтому она, решительно взяв слона и пронеся его почти через все поле, взяла пешку черных с шахом королю. Получи, засранец! Продумал все, что будет делать, взяв или не взяв её коня, но непозволительно небрежно проанализировал последствия действий самой Хейс, если конь сохранится на поле. От этой мысли Криз даже позволила себе слегка приподнять уголки губ в улыбке.

Ранее этот шах черным был неопасным, хотя уйти король мог только на одно поле, но Призрак, недооценив своего более слабого соперника и высокомерно решив, что все под его контролем, не обратил должного внимания на эту угрозу, ведь возникла она давно чуть ли не в начале игры в числе множества подобных как черным, так и белым в связи с позиционной спецификой партии.

Однако сейчас все изменилось. Следующим ходом конем Хейс могла безопасно шаховать с «вилкой» на черного ферзя - вот в чем заключалась вся для Призрака незадача. Дальше вся атака черных исчезала, а у белых появлялось множество возможностей для прорыва, не считая существенного преимущества фигур.

– Хм, - издал Призрак немного удивленный звук, сбросив пепел от сигареты в пепельницу и таки совершив вынужденный ход.

Хейс, стараясь обуздать так и рвущийся наружу азарт, внешне спокойно убрала с доски ферзя черных. Босс использовал потенциал оставшихся связок и забрал коня ладьей, которая при определенных условиях могла бы заменить ферзя. В принципе, черные все еще могли бы поставить мат белым, если им это позволят, чего Хейс, разумеется, не собиралась делать ни при каких обстоятельствах. Не дождется!

Уверенным движением руки она сделала единственно правильный ход в этой ситуации, зажимая черного короля окончательно и нисколько не заботясь о защите белого.

– Мат, - проговорила она заветное слово, стараясь, чтобы в глазах не слишком разыгралось торжество.

Налет величайшей досады отразился на лице Призрака, когда он понял, что проиграл. И в то же время Хейс показалось, что такой реакции ей недостаточно. Она шла к этому почти четыре года, и вот теперь, когда это свершилось, ощутила какой-то неясный, почти горьковатый вкус от долгожданной победы! Она, конечно, не рассчитывала, что Призрак вскочит как ужаленный и начнет от злости рвать свои книги и пинать стулья, но и такая выжидающая и абсолютно спокойная реакция тоже не удовлетворяла! Так как это сразу навевало сомнения, а так ли её победа чиста, как ей самой хотелось бы?

– Мат, - нехотя проговорил он и пальцами раздавил сигарету.
– Неожиданно.

«Ой ли?» - вдруг захотелось скептично протянуть ей, но она сдержалась, почувствовав странное беспокойство. Эта победа ей решительно не нравилась, поскольку оставила после себя неприятный осадок, как будто… как будто он намеренно проиграл! Но на кой черт ему это сдалось? И не сошла ли она с ума, полагая, что человек, не привыкший проигрывать и явно ненавидящий это всеми фибрами души, решил от нечего делать проиграть такую крупную ставку?

А ведь взятие того самого судьбоносного коня чуть ранее устраняло все проблемы черных, хотя и отдаляло мат белым. Мог ли он, Призрак, об этом не знать? Что, если он всего лишь создал видимость своей ошибки? Если полностью проанализировать партию, можно сказать, что у белых был единственный шанс нанести смертельный удар, и Хейс этим шансом воспользовалась. Но не было ли это столь же очевидным для него, как и для неё?

«Проклятье, с ним ни в чем нельзя быть уверенной! Даже в собственной победе!»

– Что насчет моей награды?
– напомнила она, не желая вдаваться в подробности только что случившегося, поскольку результат, которого она добивалась, все же был получен.

– Я сообщу Проайс о твоем переводе, - ровно проговорил он.
– Она передаст тебя новому координатору.

– А что насчет Хэнка Мастерса? Вербовщика 112-08?
– потребовала она, с волнением ожидая ответа.

Лицо Призрака оставалось по-прежнему непроницаемым.

– Я все организую, Хестром, - сухо произнес он.
– Можешь идти.

Какое-то время она вглядывалась в своего босса, не веря ушам. Потом, непроизвольно сглотнув, кивнула.

– Хорошо, сэр. Буду ждать с нетерпением.

И поднялась, чувствуя, как ноги едва ли не подкашиваются. Это победа далась ей нелегко. И в то же время Криз чувствовала себя побежденной.

***

На ватных ногах Хейс шагала по коридорам станции «Лазарь» в сопровождении солдат, а потом в таком же молчании и отстранении выдержала весь путь до «Минитмена». На неприятных попутчиков она не обращала в этот раз ни капли внимания, предавшись собственным тягостным мыслям.

«Я все организую, Хестром».

Эти слова резали мозг снова и снова, больнее самой изощренной пытки. Ну а что она ожидала? Призрачный вкус победы окончательно превратился в послевкусие горького поражения, как будто её снова использовали.

Хейс отвлеклась от мыслей только перед дверью своей комнаты на «Минитмене» и то лишь потому, что, вынырнув из ниоткуда, проклятая Проайс зачем-то отослала штурмовиков прочь.

– Дальше я сама, - приказала координатор и, дождавшись, когда солдаты исчезнут, указала на дверь.
– Мне кое-что не понравилось в отчетах, Криз. Надо исправить.