Криз тяжело вздохнула, понимая, что поддерживать образ холодной суки сейчас не самое справедливое и честное занятие. Да и совершенно пустое.

– Прости, - проговорила она тихо, оставив свое занятие и перебравшись в свободное кресло.
– Я вела себя как идиотка.

– Сегодня или тогда?

Она горько усмехнулась.

– Всегда… Спасибо тебе. Если бы не ты, я была бы уже мертва. Но я уже ничего не могу изменить, Ниро. Тебе придется решать: либо отдать меня Арии, продолжая ненавидеть за Марс и за “стрел”, либо отпустить.

– Я уже решил, - выдавил он.
– Не могу я тебя бросить. Тебя же сразу убьют на Омеге. Тебя ищут все кому не лень. И меня теперь тоже.

– Только не понимаю, зачем я Арии, - нахмурилась Хейс вполне искренне, на что получила его удивленный взгляд.

– Не знаешь?

– Понятия не имею, - пожала она плечами.
– Я почти полгода была в… была отрезана от остального мира, не имея даже возможности выйти в Экстранет. На кой черт я понадобилась Арии?

– Арии ты нужна только ради информации. А вот главный заказчик - некий Фист. Ты укокошила его племянничка полгода назад. По крайней мере, он так почему-то решил, найдя ДНК загадочной женщины, в компании с которой его разлюбимейший родственник-садист уходил из клуба “Логово Коры”. Припоминаешь такое?

– Охренеть, - пробормотала Криз пораженно.
– Я и не подозревала, что, расправившись с этим уродом, попаду в такие неприятности.

– То есть ты его прикончила?

– Да, - снова пожала она плечами.

Глаза Ниро подозрительно прищурились. У него явно вертелся на языке один вопрос - или несколько - на которые Хейс не знала в данную минуту, как ответить. Соврать было безопаснее, но почти подло, учитывая, как он из-за неё рискует.

– На кого ты работаешь, Си?
– прозвучал предсказуемый, требовательный вопрос. И Хейс решила, что врать или уходить от ответа было по меньшей мере нечестно по отношению к человеку, спасшему её жизнь. Снова.

– “Цербер”, - просто призналась она, впервые ощутив приятное удовлетворение от осознания, что говорит на эту тему с кем-то, кто не зовется Проайс или Призрак.
– Слышал когда-нибудь?

Он хмуро кивнул.

– Кое-что. У Арии имелись предположения, что в твоем деле замешан какой-то крупный игрок, желающий пока оставаться в тени. Некая организация, проповедующая идеологию ксенофобии и превосходства Человечества. Черт, Си, да ты серьезно? Чтобы ты, мать твою, и в какой-то секте?

– Это не секта, - фыркнула она, недовольная его реакцией.
– Это идея, которая, знаешь ли, мне здорово импонирует! Это не прогнивший насквозь Альянс и не поганый скользкий Солем, перед которыми надо расстилаться, чтобы добиться своих целей!

– Да ты что несешь?
– скептично протянул он.
– Идея о превосходстве людей? Тебе там что, промыли мозг? Ты совсем забыла, что раньше тебя никак не волновало, что, к примеру, в нашей команде были батарианцы? А как же Тулус? Он же турианец, который был предан тебе всей душой, а ты тут трендишь про какое-то гребанное превосходство людей? Что случилось, Си? Ты меня пытаешься убедить или саму себя, а?

Удивительно, но некогда не самый сообразительный и дальновидный Ниро сумел раскусить её мысли в два счета, и это Хестром почти рассердило. Она подскочила как укушенная от этих слов и особенно - от нахлынувшего чувства вины за смерти членов своего отряда. Почти разозлилась, да так, что пнула подушку, валявшуюся под ногами на пути к большому, закрытому на плотные жалюзи окну. Быстрым нетерпеливым движением она активировала раскрытие ставен, но в этот момент подлетел Ниро и, выругавшись, отменил команду.

– Рехнулась? А что, если там снайпер?!

– Если бы кто-нибудь знал, где мы, нас бы уже схватили, - едко прошипела она, но настаивать не собиралась.

Вот стоило отбросить маску холодной стервы, так эмоции снова хлещут через край! Призрак был прав: пока она не научится контролировать их в полной мере, у неё нет шансов стать профессионалом. Как только кто-то затрагивал в душе ранимые струны, касающиеся её друзей, она теряла самообладание.

– Возможно, как раз в эту минуту они и собираются, - почувствовав, очевидно, перемену в её настроении, Ниро проговорил это довольно спокойно.
– Нам нужно убираться с Омеги как можно быстрее. Я уже нашел транспорт, и через четыре часа он будет готов. Пока пересидим здесь.

– Нам?
– нахмурилась она.

– Конечно. Думаешь, Ария меня великодушно простит за обман? Да она с меня шкуру сдерет и выставит на обозрение, чтоб другим неповадно было. По сравнению с этой перспективой награда Солема за мою голову просто сказка.

Хейс показалось, что она ослышалась.

– А причем тут Солем?

Мужчина принялся усталыми движениями снимать свою броню.

– При том, что мы пытались его угробить, - усмехнулся он с какой-то горечью.
– Хотели отомстить. За “Синих стрел”.

– Кто “мы”?
– снова не поняла она, сложив руки на груди и без малого растерявшись. Оказывается, пока она несла нелегкий крест агента прикрытия, где-то там кто-то вершил за её мнимую смерть возмездие. Это стало для неё неприятным открытием, и Хейс ощутила новую волну стыда за проявленное малодушие.

Ниро не ответил, угрюмо стянув с себя последние элементы бронекостюма. Потом вытащил откуда-то сумку и стал скидывать внутрь свои вещи без всякого разбора или прилежности. Хестром молча наблюдала за ним какое-то время.