Эдмунд от души расхохотался, не в силах больше сдерживать себя. Люси тоже засмеялась, но несколько неуверенно, боясь обидеть принца. Младшего короля такие тонкости явно не заботили: вся нелепость ситуации привела его в состояние крайней веселости. Питер явно разрывался между смехом и неодобрением такого неподобающего поведения, потому он только улыбался. Сьюзен же раздраженно топнула ногой и заявила:

– Тогда я зову стражу, и они тебя вытащат.

– Не надо! – взволнованно воскликнули с крыши. – Пожалуйста, королева Сьюзен! Не надо их звать! Они все отцу расскажут…

– Это будет тебе уроком, - наставительно произнесла девушка, но уже без прежней уверенности в голосе. Сердце ее чуть дрогнуло. Не зря ее прозвали Великодушной. От необходимости продолжать ее избавил Эдмунд. Отсмеявшись, он хлопнул в ладоши и сказал:

– Что, мы сами не справимся? Какие же мы правители Нарнии, если одного мальчика с крыши вытащить не в силах? Питер, подставляйся!

– Что? – не понял государь. Эдмунд подошел к стене амбара и демонстративно подпрыгнул. До кромки крыши ему было ой как далеко. Сьюзен встрепенулась.

– Вы с ума сошли? – воскликнула она, глядя, как старший брат садится на корточки, а младший забирается ему на спину. – Это нам не по чину! Нужно придумать что-нибудь другое!

– Это будет нашим маленьким секретом, Сью, - протянул Эдмунд, пытаясь достать пальцами до крыши. Пока ничего не удавалось. – Никто не узнает.

– Тем более, ты, Эд! Ты же взрослый, женатый человек, а лезешь на крышу, словно какой-то мальчишка!

– Женитьба – не повод ставить на мне крест! – возразил младший король. – И я, если помнишь, никогда не отличался примерным поведением!

– Простите, Ваше Непослушное Величество, - глухо произнес Питер, - но не могли бы Вы избрать место для речи более подходящее, чем я? Вы вообще-то не пушинка…

– Умоляю извинить меня, о государь, - тут же отозвался Эдмунд. – Я полагал, что Ваша сила беспредельна. Не могли бы Вы подставить мне свое надежное плечо? Точнее, оба плеча, а то до крыши не добраться…

Сьюзен глубоко вздохнула, собираясь возразить, но посмотрела, как Эдмунд карабкается по Верховному королю и хвалится, что никому прежде не оказывалась такая честь, как Питер ворчит, но стоит крепко даже под весом выросшего брата, как Люси крутится вокруг белкой, и махнула рукой. В этом бедламе ее никто не собирался слушать, ну и черт с вами! Девушка отошла в сторонку и принялась наблюдать оттуда. Вот упадет Эдмунд, не выдержит Питер, и все поймут ее правоту! Как есть поймут. Но в глубине души Сьюзен надеялась, что Эдмунд заберется на эту проклятую крышу, а Питер выдержит. Так и случилось. Сверху донеслось несколько восклицаний и треск черепицы. Государь крикнул, что если и младший король застрянет там, то пусть ожидает стражу. И нет, Люси, тебе на крышу точно лезть не следует! Однако им улыбнулась удача, и вскоре на землю спрыгнули оба искателя приключений.

Корин сразу насупился, чувствуя на себе неодобрительные взгляды старших правителей, особенно Сьюзен, чью дружбу он очень ценил. Но и расположением Верховного короля Нарнии принц невероятно дорожил – Питер так и остался для него героем, идеалом, на который стоит равняться, но которого никогда не достигнуть. И оттого разочаровывать его таким глупым образом не хотелось. Неловкое молчание прервал сам Питер. Государь вздохнул и сказал:

– О Аслан, будто в прошлое вернулся. Пойдемте, а то вечереет уже.

– Если это был намек на меня, то я не согласен! – возразил Эдмунд и, хитро прищурившись, шепнул Корину: - Если и пускаешься навстречу опасностям, позаботься о том, чтобы тебя не поймали… И не вытаскивали из передряги. Это так, на будущее.

– Чему ты его учишь! – возмутилась Сьюзен. – И так он из замка сбегает, чего будущему королю Орландии делать совсем не следует…

– Я не хочу быть королем! – наконец подал голос Корин. Какое-то время он шел понурившись, явно считая упреки заслуженными, но теперь его явно задели за живое. Мальчик упрямо поджал губы и повторил: - Не хочу.

– Почему? – Питер взглядом заткнул Сьюзен. Принц и так явно знал, что это на роду ему написано, и в напоминаниях отнюдь не нуждался. Корин шмыгнул носом и негромко ответил:

– Это дико скучно. Приемы, балы, политика… Думаете, почему я сбегал? С этих мероприятий, ибо не могу я там находиться! Тошно! Все внутри восстает и противится…

Эдмунд и Люси синхронно вздохнули. Им, натурам непоседливым, это чувство было знакомо.

– Но в этом твое будущее. Ты наследник короля Лума, его единственный сын, - терпеливо начал Питер. – И унаследуешь престол после своего отца. Разумеется, для того, чтобы править достойно, нужна подготовка, которую ты сейчас и проходишь.

– Я не хочу заниматься тем, что мне не нравится! – возразил Корин, но без прежнего запала. – И тем, кем мне предписано стать, кого из меня растят, не хочу становиться… Разве я недостаточно взрослый для того, чтобы решать свою судьбу самостоятельно? Принцем быть гораздо веселей!

– Друг мой, ты избрал неверный путь. Бунтарство – скользкая тропинка. Им ты скорее разубедишь всех и прежде всего отца в своей взрослости и рассудительности, - заметил Эдмунд здраво.

– И подумай, сколько людей надеются на тебя, как твой народ верит в тебя, наследного принца Орландии. Как на тебя полагается твой отец, - мягко добавила Сьюзен. – Разве ты хочешь его разочаровать? Обмануть его ожидания?