– Что?
– спросил Дино.

– Полиэтилен - результат переработки нефти, как и бензин. Поэтому все это, можно сказать, древние погибшие растения и животные, - объяснил Натаниэль.

– Погибшие динозавры, - подытожил Никки.

Дино посмотрел на нас с Натаниэлем:

– Это объяснение Аниты прозвучало из твоих уст?

– Да, - кивнул Натаниэль.

– Ага, - подтвердил Никки.

– Опять эта фишка парочек, - сказал он.

– Какая фишка?
– спросила я.

– У парочек со временем появляются общие шутки и знания, они перенимают выражения и манеру разговора друг друга, слыша все это изо дня в день.

– У коллег и сослуживцев то же самое, - сказал Никки.

– Да, но этот обмен узкопрофильный. У парочек же таких ограничений нет. Хотел бы я когда-нибудь знать кого-то также хорошо.

– Хочешь сказать, что у тебя никогда не было отношений?
– спросила я.

– Я встречался, но не по-настоящему, - ответил Дино.

– У меня это тоже первые настоящие отношения, - сказал Никки.

– В смысле настоящие?
– спросила я.

– Мне приходилось соблазнять людей по работе или, когда был под прикрытием. Тебе больше доверяют, если у тебя есть отношения. Они думали, что мы встречались, и я позволял им так думать. Но на самом деле это было притворство, чтобы поддержать мое прикрытие или выведать нужную информацию.

– И сколько длились такие отношения?
– спросила я.

– Почти шесть месяцев.

– Приличный срок, - заметил Натаниэль.
– И тебе она совсем не нравилась?

– Секс был неплох.

Я подняла взгляд на одного из моих любимых мужчин и не могла понять его.

– А если бы секс не был неплох?
– спросила я.

– Она была прикрытием, так что я нашел бы кого-то, кто был бы лучше в постели.

– Что с ней случилось?
– спросил Натаниэль.

Никки посмотрел на него так, словно он задал глупый вопрос, или, может, он никогда не задумывался над этим.

– Понятия не имею.

– Ты подверг ее опасности?
– спросила я.

Он обдумывал ответе мгновение, а затем встряхнул головой.

– Я не знаю.

– Как ты можешь не знать?
– спросила я.

– Я выполнил свое задание, а затем выбросил телефон и ушел. Это был единственный мой номер, который у нее был, если что-то и произошло, она не могла со мной связаться. Она не знала моего настоящего имени, происхождения, ничего. Того человека, с кем она встречалась шесть месяцев, не существует.

– Перестал существовать, как только ты ушел, - сказала я.

Он покачал головой:

– Нет, Анита, Он никогда и не существовал. Я играл роль общительного и обаятельного экстраверта с кучей друзей, который почти каждую ночь зависает на очередной вечернике или шоу.

– Да ты ненавидишь вечеринки и прочее дерьмо!
– сказал я.

– Да, но неформальное общение было лучшим способом, чтобы собрать информацию и осмотреться, не вызывая подозрений. Чем больше друзей я заводил, тем ближе я был к близкому окружению, среди которого хотел быть. Так я мог приблизиться к своей цели.

– Так ты врал не только девушке, но и каждому, с кем подружился, - сказал Натаниэль.

– Если ты так это называешь, то да.

– Как еще это можно назвать?
– спросил он.

– Работой.

– Иногда ты меня пугаешь, - сказал Дино.
– Так чтобы ты знал.

– Знаю, - сказал Никки.

Мы все уставились на его безупречное, ничего не выражающее лицо.

– Тем не менее, ты все же подарил мне надежду, - сказал Дино.

Никки прищурился, глядя на него.

– Я подарил тебе надежду?

– Ага.

– На что?

– Если уж ты можешь влюбиться и создать семью, то и у меня есть шанс, потому что я намного очаровательнее тебя.

– Ты еще не видел меня очаровательным, - ухмыльнулся Никки.

– Да видел, - сказал Дино.

– Нет, не видел, - сказал Никки, улыбаясь.

– Видел.

– Нет, правда не видел.

Дино послал ему хмурый взгляд.

– С момента нашей встречи Анита знала, кто я. так же, как и Натаниэль, Мика. Жан-Клод и все остальные. Я никогда не притворялся кем-то другим. Мне даже не пришлось притворяться большим, крепким, сумасшедшим парнем, способным на все, с которым лучше не связываться.

– Так даже это было притворством, - сказала я.

– Когда люди считают тебя сумасшедшим, они особо не связываются с тобой. Психи пугают.

– Когда мы встретились, я решила, что ты наслаждаешься насилием или угрозой насилия, - сказала я.

– Только в спальне. А работа - это просто работа. Ничего личного.

– Да брось, порой так круто врезать кому-нибудь от души, не сдерживаясь, - сказал Дино.

Никки вдруг улыбнулся, но улыбка эта была похожа на оскал, словно это его лев украдкой выглядывает, почти рыча: