Алекс, который был к ней ближе, чем я, мгновенно замер, как вкопанный, как только увидел огонь. Амелия, похоже, потеряла сознание, потому что не предпринимала попыток даже шевельнуться, а тем временем небольшой язычок всколыхнувшегося пламени дотянулся до ее мантии, а ее падение вряд ли заметил кто-то, кроме Алекса, который сейчас был не в состоянии что-либо сделать.

Время, казалось, замедлилось. Я мгновенно бросился к ней.

— Глациус, — прокричал я, направив палочку на пламя, подбирающееся по мантии все ближе к Амелии. Все погасить я не смог. — Агуаменти, — вода окатила Амелию с ног до головы. Видимо, я немного перестарался, однако нужный эффект это произвело. — Оживи, — выдохнул я еще одно заклинание, и Амелия тут же затряслась и застонала от боли и страха. Я подал ей руку, чтобы она смогла встать, но у нее не было на это сил, хоть она и ухватила мою ладонь так сильно, как только могла.

В этот момент произошло еще одно событие: Куппер, появившаяся из ниоткуда, а сейчас стоявшая сейчас примерно напротив меня, в руках держала полупустой флакон с настойкой, которая по цвету была подозрительно похожа на ту, которую, мы готовили сегодня на зельеварении, и, замахнувшись, швырнула его в огонь.

Прикинув, чем это грозит всем нам, если мои подозрения оказались правдой, я молниеносно перевел палочку на летящий флакон и закричал, вложив в заклинание все свои силы:

— Депульсо! — белый луч врезался в емкость с настойкой по касательной и отбросил ее обратно в сторону Куппер.

Флакон разбился от удара об пол, но, по крайней мере, он не попал в огонь, иначе пары настойки сразу же заполнили бы все помещение. Нужно было убрать разлитую жидкость.

Пламя тем временем перекидывалось все дальше, а потушить его ни у кого не получалось, хоть некоторые студенты уже пришли в себя и пытались сделать хоть что-то. Но все боялись маленького дракона, который с бешеным взглядом метался по клетке. Некоторые студенты методично ломились в дверь, пытаясь открыть ее, но та не поддавалась. Однако другие защитные чары Куппер почти израсходовались — она сейчас была явно неадекватна, чтобы поддерживать еще и их, — и древесина, из которой изготовлена мебель в классе, была какой-то особой, потому постепенно начало воспламеняться все, что только могло гореть. Но проблема была еще и в том, что настойка — а мне все больше казалось, что это именно Сильно Дурманящая настойка — под воздействием высокой температуры, ведь огонь распространялся быстрее, чем его успевали тушить, уже начала испаряться, хоть и не давала такого эффекта, как если бы оказалась сразу вся в пламени, а это значило, что скоро более-менее слаженные действия окружающих превратятся в неконтролируемую панику. В помещении становилось все больше и больше дыма.

— Агуаменти, — произнес я, направив палочку на оцепеневшего Алекса. — Приди в себя, — заорал я на него.

Кажется подействовало. Алекс вздрогнул и кинулся к Амелии, которая по прежнему лежала на полу, но была в сознании и изо всех сил цеплялась за мою левую руку. Встать самостоятельно она не могла — ее нога была обожжена, и у меня не получалось как-то существенно ей помочь.

— Амелия, как ты? — спросил Алекс, с трудом подходя к нам.

— Отстань, — зарыдала она. — Я чуть не сгорела, а ты просто стоял и смотрел, — у нее началась настоящая истерика.

— Успокойся, пожалуйста, — попросил я ее. — Все уже позади.

Куппер тем временем направилась к дракону, однако вместо того, чтобы успокоить его, только посылала в него жалящие заклинания, она окончательно спятила.

— Мне кажется, у нас проблемы — Куппер швырялась чем-то очень похожим на Сильно Дурманящую настойку. Быстро, пока мы на себе не проверили, прав ли я, нужно отвлечь Куппер, вырубить как-то дракона, открыть заблокированную дверь и вывести всех отсюда, — скороговоркой проговорил я. Голова уже начала кружиться не то от дыма, не то от испарений жидкости на полу.

— Она окружила себя щитом, — сказал Алекс, метнув в нее Экспеллиармус.

В этот момент Куппер послала в дракона неизвестное мне заклинание, и тот осел на пол, перестав шевелиться. Профессор засмеялась жутким смехом. Одной проблемой стало меньше, но думать становилось все труднее.

— Что нам делать? — спросил Алекс, в его голосе слышалась паника.

— Я не знаю, — почти зарычал я. Нужно звать на помощь, но как? Мысли были ватными, хотелось просто забиться в угол и обо всем забыть или подойти к огню и посмотреть, что будет, если он охватит меня со всех сторон.

На мгновение я зажмурился и обхватил голову руками, еле высвободив левую руку из цепких пальцев Амелии. Я должен был что-то придумать, иначе мы все могли погибнуть. Если бы я мог оповестить Гермиону. Но я не знал, как с ней связаться.

Стоп! Неожиданно в мозгу мелькнули воспоминания. Конечно! Тинки!

— Тинки! — заорал я уже вслух. Эльф тут же появился.

— Хозяин, — испуганно пропищал он.

— Тинки, быстро открой дверь и выведи отсюда всех! А потом найди мисс Гермиону, еще кого-то из профессоров или директора и зови их сюда. Немедленно! Дверь заперта заклинанием.

Эльф без слов кинулся выполнять мои указания, а я собрал остатки сил и направил кресло к Куппер, оглянувшись, чтобы убедиться, что пламя сейчас достаточно далеко от Амелии, а Алекс в состоянии в случае опасности наколдовать элементарное Агуаменти.

Куппер перестала смеяться и отошла подальше от пламени, забившись почти в угол. Но она то и дело атаковала заклинаниями учеников, пытавшихся потушить пламя. Сейчас я хотел убить ее. На задворках сознания еще вертелась слабая мысль, что ее нужно только лишь обезвредить.