Открывшаяся дверь тут же привлекла внимание студентов, и они всей толпой кинулись к спасению.

Увидев, что я приближаюсь к ней, профессор подняла палочку.

— Ненавижу тебя, урод, — прошипела она и послала в меня Диффиндо.

Заклинание рассекло мне мантию и кожу под ней в левой части груди. Я зашипел и выкрикнул:

— Ступефай! — она отбила его щитом и почти тут же тихо и спокойно произнесла:

— Редукто.

Я уклонился, чуть не упав с кресла. Спина заболела, но после недавно пережитого это не могло выбить меня из колеи.

— Конфундус! — заорал я. Куппер увернулась и улыбнулась жуткой улыбкой.

— Конфринго, — произнесла она. Я понимал, что просто так увернуться я не смогу, единственный выход, который я увидел — это упасть набок вместе с креслом, что я и сделал.

Заклинание прошло мимо, с грохотом и взрывом ударившись в шкаф у стены. Огня в помещении прибавилось, как и панических криков тех, кто еще не успел покинуть помещение.

Ударившись головой об пол, я собрал остатки сил и злости и, нацелив палочку на Куппер, закричал:

— Экспульсо, — она отвлеклась на взрыв и не успела среагировать. Заклинание отбросило ее, ударив о стену. Кажется, она потеряла сознание. — Агуаменти, — в который раз за последний час произнес я. “Пусть лучше утонет, чем сгорит”, — промелькнула в голове недобрая мысль.

Уже спустя минуту встревоженные Флитвик, Грейнджер и МакГонагалл вбежали в кабинет. Тут же послышался командный тон последней, и паника почти прекратилась. Флитвик деловито принялся гасить пламя.

Гермиона направилась прямиком ко мне и, подбежав, опустилась около меня на колени.

— Малфой, живой? — спросила она.

— Да. Посмотри, как там стерва Куппер и мои тормозящие друзья. И учти, что вы скоро присоединитесь к нашей вечеринке, у нас тут, похоже, Сильно Дурманящая настойка.

— Ясно. Я вернусь, — отрывисто сказала она, поднялась на ноги и ушла из поля моего зрения.

Голова болела от удара и кружилась из-за дыма и испарений. Больше всего хотелось закрыть глаза и отдохнуть. Что я и сделал.

Очнулся я, от того, что мягкие руки Гермионы больно хлестали меня по щекам.

— Эй, ты чего дерешься? — вяло спросил я.

— Тебя и на минуту не оставишь, — нервно ответила она. — Нужно подниматься и идти в лазарет, — она потянула меня за руку.

— Не пойду, — заявил я и сжал ее ладонь. — Она обещала выгнать меня из Хогвартса, если я еще раз попаду в ее владения.

— Не переживай, это не тот случай. Все будет в порядке, обещаю, — заверила она меня.

— Я все равно не хочу.

— Надо твои раны обработать, и быстро, — она снова потянула мою руку и помогла сесть в кресло. — И потом, там сейчас должны быть все, кто сегодня был на ЗоТИ.

Спорить я не смог.

Гермиона сама отлевитировала меня в Больничное крыло, в котором стало слишком оживленно и шумно. Ворчащая Помфри бегала от одного студента к другому, заставляя выпить какие-то зелья, применяя диагностические чары и делая визуальный осмотр.

Я поискал глазами друзей. Алекс нашелся сразу. Он сидел на стуле около стола медсестры и разговаривал с директором МакГонагалл. Грейнджер переместила меня к ним.

— Директор, — сказала она, — Малфой последний. Кабинет ЗоТИ пуст.

— Хорошо, спасибо, — сухо ответила МакГонагалл. Я скорчил недовольную гримасу — ее тон мне не понравился. Она заметила.

— Мистеру Малфою еще не давали бодроперцовое. Профессор Грейнджер, позовите мадам Помфри и еще, пожалуйста, встретьте наших уважаемых гостей из Министерства Магии и проводите в кабинет ЗоТИ, я скоро подойду к ним.

Через минуту мне была выдана порция зелья, в качестве исключения, как пояснила Помфри, еще утром заявлявшая, что никакие зелья мне пить нельзя. С помощью Эпискеи она остановила кровь из ран, осмотрела голову и велела после разговора с директором направляться к восьмой кровати.

Алекс, закончив беседу с МакГонагалл, поплелся куда-то вглубь лазарета и смешался с толпой, так что я мгновенно потерял его из виду.

В голове постепенно прояснялось. И на смену безрассудности приходило давящее ощущение запоздавшего шока. Страшно было даже подумать, чем бы все это могло закончиться.

— Мистер Малфой, вы в состоянии разумно и внятно отвечать на вопросы? — серьезно спросила меня МакГонагалл.

— Да, — ответил я. — Мне лучше.

— Это я вижу. Мистер Митчелл, да и не только он, рассказал уже мне, что происходило на уроке. Однако я хочу послушать еще вашу версию.