— Грейнджер, это совсем не обязательный исход. Однажды “хорошо” может уже и не наступить. Собственно, когда-то именно так и произойдет, — проговорил я тихо.

— Малфой, ты ужасен! — воскликнула Гермиона, повернувшись ко мне вполоборота.

— Какой есть, — развел я руками.

— Вспомни, как мы начинали работу над рецептом зелья. Как ходили за рогом единорога, ловили пиявок Когнициа, как варили зелье и чуть не испортили все, когда я случайно задела дощечку, которую ты мне подал. И все это закончилось хорошо. Настолько, что ты уже можешь передвигаться самостоятельно, хоть и на короткие расстояния.

— Да… — задумчиво протянул я. — Я помню, как ты впервые предложила мне поучаствовать в твоем исследовании. Я был так возмущен твоим энтузиазмом, так испугался, что это все не сможет увенчаться успехом, что чуть не проворонил свой единственный шанс на нормальную жизнь.

— Я бы от тебя так просто не отстала, — усмехнулась она. — Искала бы другие слова и доводы, чтобы тебя убедить. Я же упрямая!

— О, это я знаю, — закатил я глаза. — Я помню, как ты сопротивлялась тому, чтобы я пошел вместе с тобой за рогом единорога. Но ведь хорошо же, что я там был с тобой!

— Да, тут ты был прав, — согласно кивнула она. — Но вспомни, как ты меня напугал, когда пробрался без разрешения в лабораторию, чтобы варить зелье вместе со мной. Это было очень рискованно и нагло с твоей стороны…

Мы говорили, говорили, говорили… Вспоминали, что с нами произошло за этот учебный год, воспоминания тянули за собой и эмоции, и я будто снова окунался попеременно то в отчаяние, страх, сомнения, то в радость, трепет, чувство благодарности или облегчения, осознание того, что я влюбился. Хотелось бы знать, какие чувства просыпались в Гермионе, когда она вспоминала все эти события, происходившие с нами. Не знаю, сколько прошло времени, наверное, полночи точно. А потом, уставшие, мы задремали, и проснулся я уже почти перед прибытием в Лондон. Гермиона спала у меня на плече.

*

В Министерстве Магии было совсем мало народу. Мы с Гермионой через телефонную будку попали в здание. Перед тем, как отправиться в холл, я поднялся с кресла — которое Гермиона уменьшила заклинанием и спрятала — и, опираясь на свои трости, медленно зашагал по помещению.

Дежурный волшебник смерил нас равнодушным взглядом, проверил наши волшебные палочки и разрешил идти дальше. Мы не спеша пересекли практически пустынный холл и направились к залу с лифтами. Нам нужно было в зал номер десять, который находился в подземелье Министерства. Гермиона нажала на кнопку вызова.

— Как ты? — спросила она.

— Нормально, — мне было нелегко, но я просто обязан был выдержать это испытание.

— Кажется, вот и лифт, — тихо проговорила Гермиона. Двери лифта разъехались, и мы увидели, что внутри уже был наш общий знакомый.

— Гарри! — воскликнула Гермиона и кинулась обнимать его. — Очень рада тебя видеть.

— И я тебя, — улыбнулся он, похлопывая ее по спине. — Привет, Малфой, — кивнул он, увидев, как я медленно захожу внутрь следом за Гермионой. — Поздравляю с этим, — он взглядом указал на мою трость.

— Здравствуй, Поттер, — кивнул я в ответ. — Спасибо.

— Нам, похоже, по пути, я тоже в судебный зал, — сказал он, двери лифта закрылись. — Как твои дела, Гермиона? Все спокойно?

— Да, ничего подозрительного больше не случалось, — отозвалась она.

— Меня очень тревожит то, что происходит в Хогвартсе, — нахмурился Поттер.

— Понимаю, меня тоже, — вздохнула Гермиона. — Но сейчас у нас есть еще одна проблема.

— Все будет в порядке, я думаю. Мистер Рид провел отличное расследование, так что судьи должны будут серьезно рассмотреть полученную информацию и хорошо подумать, прежде чем принимать окончательное решение. Вот и наш этаж, — лифт остановился, и мы покинули его.

К счастью, в зале тоже было мало народу. Мы направились к местам в первом ряду, где сидела мама. Рядом с ней с безучастным пустым взглядом сидел отец.

— Сынок! — улыбнулась мама, увидев меня и, стремительно поднявшись, осмотрела с ног до головы. — Я так за тебя рада, какой же ты молодец, — она обняла меня и тихо всхлипнула.

— Не плачь, мама. Все будет хорошо, — сказал я, отстраняясь. — Пока не могу обнять тебя в ответ, извини.

— Ничего, — чуть улыбнулась она. — Я тобой горжусь. Садись скорее.

— Здравствуйте, миссис Малфой, — поздоровались Поттер и Гермиона.

— Добрый день! Спасибо вам за помощь. Это большее, на что я могла надеяться, — эмоционально проговорила мама.

Все наконец расселись по местам. Я огляделся по сторонам. Странно было снова находиться здесь, тогда, почти четыре года назад, я считал, что больше никогда не окажусь в этом зале, просто потому, что так долго не проживу, чтобы успеть натворить что-то еще, что привело бы меня в Визенгамот. Мне было неприятно здесь находиться, но сейчас я был гораздо увереннее в себе. Я зашел сюда собственными ногами, кроме того — с чистой совестью, и это было обнадеживающе.