Не обращая никакого внимания на любопытные взгляды собравшихся в общей гостиной, я пересек помещение и, зацепившись пару раз за различные предметы, хлопнул дверью комнаты. Райт, стоявший около своей кровати, обернулся на шум и направился в мою сторону.

— Малфой… — начал он тихо. Даже для его странности выглядел он каким-то слишком потерянным.

— Отстань, Райт, займись своими делами, — возмутился я и забрался на кровать прямо в школьной форме.

Хэролд что-то пробурчал в ответ, поплелся к двери и вышел из комнаты.

Я накрылся подушкой и крепко зажмурил глаза. Нужно было успокоиться, потому что спина от чрезмерного напряжения болела уже очень сильно. Но физическая боль причиняла не столько дискомфорта, сколько моральное состояние. Пора было признавать, что меня все больше и больше интересовала Грейнджер. И отпускать ее одну за рогом единорога я не хотел не потому, что был упрямым и хотел проконтролировать ее, а просто потому, что волновался. До войны ко мне уже приходило подобное понимание, но тогда я приписывал некое влечение к ней восхищению ее силой и неразберихе в собственных противоречиях. Я думал, что я был просто не в себе, и считал, что это все в прошлом. А сейчас получалось, что, как бы я не относился к ней, на безразличие или неприязнь это было совершено не похоже.

Злость постепенно отпускала, и приходило понимание того, насколько глупо я повел себя, раскричавшись и убежав от конфликта. С этими мыслями я и уснул, причем так крепко, что даже не слышал когда Райт возвратился в комнату.

========== Глава 14: Рог единорога ==========

Я все ближе к переменам,

Кажется.

Кровь пульсирует по венам

Бешено.

Все вопросы и ответы

Свяжутся.

Хоть пока они все где-то

Смешаны.

Проснулся я оттого, что на моей кровати кто-то сидел и дергал меня за руку. Открыв глаза, я увидел прямо перед собой встревоженное лицо Тинки.

— Хозяин проснулся! — завопил на высокой ноте эльф, и у меня тут же заболела голова. Я поморщился.

— Тинки, тише, пожалуйста. Что случилось? — спросил я и с трудом принял сидячее положение, облокотившись на спину кровати.

— Мисс Гермиона просила Тинки передать хозяину прямо в руки записку и дождаться ответа, а хозяин все никак не хотел просыпаться, — почти шепотом проговорил он.

— Давай ее сюда и поищи в моем сундуке обезболивающее зелье, — сказал я, потирая виски.

Эльф кивнул и отправился выполнять мое поручение, а я уставился на записку, вложенную в мою руку. Что могло быть таким важным, что требовало немедленного моего ответа? После вчерашнего неудачного разговора мне было даже страшно смотреть, что там написано.

Я вздохнул и развернул лист.

Малфой!

Я не знаю, что на тебя вчера нашло, но ты вел себя как капризный ребенок. Даже твой друг не сумел толком объяснить твоего поведения.

Если бы я тебя плохо знала, сказала бы, что ты за меня волнуешься. В общем, я бы ни за что не пошла у тебя на поводу, если бы Митчелл (должна тебе сказать, очень преданный) не убедил меня, что для тебя будет очень полезно пойти со мной, добавив в число аргументов несколько интереснейших статей по психологии.

Я поговорила с директором МакГонагалл, и она, к моему величайшему удивлению, позволила тебе сегодня после отбоя сопровождать меня в Запретный лес, но только при условии, что с тобой пойдет еще и Тинки, который поможет тебе с перемещениями, и под мою личную ответственность.

На таких условиях ты согласен идти? Жду твоего ответа как можно скорее, мне еще нужно сообщить его директору.

Профессор Гермиона Грейнджер

Это было лучшее из всего, на что я мог надеяться. И хотя с одной стороны мне не нравилось, что это благодаря Алексу Грейнджер уступила моей просьбе, с другой — я был очень ему благодарен за помощь. Еще не мешало бы извиниться пред ними обоими, но этого делать совершенно не хотелось. Но было же понятно, что Гермиона зла на меня за вчерашнюю выходку, а, возможно, и Алекс обиделся, так что извинений было не избежать. Однако сейчас нужно было написать ответную записку для Грейнджер, только сначала забрать из рук эльфа зелье, которое он еще минут пять назад нашел и мечтал мне отдать, судя по выражению его лица.

Зелье оставило горькое послевкусие и разлилось теплом по желудку, я подождал несколько минут и принялся писать записку. Со второй попытки мне все-таки это удалось.

Доброе утро, Грейнджер!

Наверное, я должен извиниться за вчерашнее, но не я один виноват.

Я пойду с тобой вечером и согласен взять Тинки, хоть я и мог бы прекрасно обойтись и без него.

Где и во сколько встречаемся?

Драко Малфой

Успокоенный и обрадованный эльф отправился доставлять записку, а я решил переодеться в чистую и выглаженную одежду и отправиться на завтрак в Большой Зал. Одеваясь, я бросил мимолетный взгляд в сторону кровати Райта, на ней был жуткий беспорядок: разбросанная одежда, книги, мятые листы пергамента, перья — все это было перемешано и свалено в одну кучу. Я пожал плечами, все-таки этот Хэролд был очень странным.

В Большом Зале я сразу отыскал Алекса в привычной уже компании Амелии — сегодня они сидели рядом с правого края стола и беседовали о чем-то, улыбаясь — и направился прямиком к ним. Меня абсолютно не смущало, что я сажусь за чужой стол и что на меня косится половина студентов в помещении. Я переместился к углу стола.

— Малфой, привет, выглядишь помятым. Не выспался? — выдала мне сходу Дэвидсон.

— Очень мило с твоей стороны заботиться обо мне, — сказал я и слегка склонил голову в шуточном поклоне.