Фат перестал пытаться просверлить в Роне взглядом дырку и переключился на девушку. Презрительная усмешка медленно, но очень верно перелиняла в улыбку. Правда, чуть удивлённую.

– Элия была абсолютно права, госпожа Каро. Вы действительно напоминаете экзотический и очень необычный цветок, - посетитель изящно, как танцор, поклонился теге.
– Простите столь избитое и пошлое сравнение. Но лучшего эпитета я подобрать не в силах.

Может, эпитет и не отличался оригинальностью. Вот только на щеках Каро уже запросто можно было омлет жарить. Застенчивое перебирание пальчиками уголков листов блокнота скрыть смущение не помогало.

– Оно и видно!
– фыркнул Рон.

– Сомневаюсь, что ваши комплименты женской красоте распространяются дальше оценки задниц и грудей, - не оборачиваясь, парировал фат.

Тут уж фыркнула теург. Конечно, сказано грубовато. И ни с внешним видом, ни велеречивостью господина Иельон эта грубость не вязалась. Но ведь в точку же попал! Вот и Мастерс недовольно засопел. Кажется, его желание скрутить фея в бараний рог становилось всё сильнее.

– Насилие - последнее прибежище некомпетентности, - пропел фат, по-прежнему гипнотизируя Каро.

Между прочим, его глаза, миндалевидные, как у кошки, но гораздо шире роновских, отливали чистым фиолетовым цветом. Только у зрачка темнее, густо-синие, почти чёрные.

– Я готов побыть некомпетентным, - промурлыкал Мастерс, - переживу.

– Сомневаюсь, - фат прикрыл свои невозможные очи и...

И в следующий миг он уже стоял на алексовском столе, уперев под подбородок оборотня кончик тонкого, игольчатого клинка. Каро только тихонько ахнула, невольно вперёд подавшись. Она-то хорошо знала, на что оборотень способен. И, наверное, происходи всё не в кабинете управляющего, показательное выступление красавчика провалилось бы с треском.

Сейчас же Мастерс только расслабленно улыбался. Разве что кончики когтей на сложенных руках, царапающие кожу куртки, не гармонировали с его благодушной физиономией. Да зрачки в нитку сжались. Но не хватало только капли. Всего одного неосторожного движения или слова - и от наречённого клиентки останется мокрое место, да клочок кружева. И не поможет ему ни скорость, ни ловкость, ни навыки фехтования. Пожалуй, в таком бешенстве тега Мастерса ещё ни разу не видела.

– Господа, с вашего позволения я подожду в приёмной, - подал голос Алекс, деликатно зевнув в кулак.
– Когда вы закончите мериться самцовостью перед госпожой Каро, позовите, хорошо? А мне такие выступления неинтересны.

Теург опустила голову, рассматривая носки своих ботинок. И борясь с горячим, но неуместным желание дать управляющему блокнотом по идеальной причёске. Её-то он зачем впутал?

Первым в себя пришёл фат. Парень соскочил со стола, одним длинным движением убрав клинок в трость.

– Прошу меня простить, госпожа Курой, - красавчик поклонился, прижав руку к груди, - за то, что позволил своим эмоциям возобладать над здравым смыслом. Впрочем, остальным я так же приношу извинения. Вы же знаете, мы - феи - несколько импульсивны.

И улыбнулся, сволочь. Умудрившись стать ещё симпатичнее. Хотя куда уж дальше?

– Извиню, - буркнула Курой, косясь на Рона, усиленно занимающегося дыхательной гимнастикой, - Если вы объясните один нюанс мужского поведения. Вот это вот что сейчас было? Точнее, на кого вы хотели произвести большее впечатление: на меня или на господина Мастерса?

А что делать? Надо же поднимать женское достоинство, столь грубо попранное Россом.

Фат обеими руками опираясь на свою трость, выпрямился. Даже вытянулся, как струна. Кожа на заострившихся скулах побледнела.

У Каро мелькнула трусливая мыслишка: совместными с оборотнем стараниями это дело они всё-таки упустили. Интересно, что об этом скажет Алекс? Хотя - нет, последнее тега знать точно не хотела.

Но посетитель умудрился удивить теурга. Он расслабился, опустил напряжённые плечи. Улыбнулся - на этот раз смущённо.

– И вновь я приношу свои извинения. И вам, госпожа Курой, и вам, господин Мастерс, - красавчик провёл ладонью по ёжику на затылке.
– Вы правы, в такой ситуации проявлять... Как вы сказали? Самцовость? Вот именно её проявлять и неуместно. Седьмой! Глупо вышло.

– Да уж, я тоже хорош, - проворчал оборотень, - стоит извиниться.

Они торжественно пожали друг другу руки, объявляя перемирие.

А Каро опять осталась в стороне! Мальчики порешали свои мальчуковые проблемы, девочки же здесь ни при чём. И где, спрашивается, справедливость?

***

Сказать, что Каро зла была - сильно преуменьшить. Дивно, а, главное, продуктивно начавшееся утро продолжилось столь же великолепным днём.

Из разговора с фатом, на который почти три часа ушло, лично теург вынесла только одну полезную информацию. Красавчик к своим наречённым никаких романтических чувств не испытывал. И даже не собирался скрывать, что предполагаемая женитьба - как первая, так вторая, а, вдогонку, и третья - для него являются чисто деловым мероприятием. Или предприятием? Но как не назови, а от этого сомнительная полезность узнанного ценнее не становилась.