Акс держался поодаль, осознавая, что показывал частичку себя, и Элиза принялась осматривать лесной пейзаж с живностью, которую вырезал его отец, пытаясь смыть – а, может, обострить – свое горе.

– Он был художником, – услышал он свой голос. – Настоящим мастером. Но растратил свой талант, пуская по ней сопли.

– Поэтому ты против брака? – прошептала Элиза, когда ее изящная ручка обхватила кролика с навостренными ушами, сидевшего на лапах. – Ты боишься, что шеллан оставит тебя, и все будет так же, как с ним?

– Я не… – Акс пожал плечами, хотя она на него не смотрела. – Я почти об этом не думаю.

Трус, – сказал он себе.

Трус и к тому же лжец.

Именно в этом причина. И… и поэтому он никогда не встречался с аристократками вроде нее.

Поставив деревянного кролика рядом с оленем и енотом, Элиза подошла к нему своей плавной походкой. Когда она положила руки на его предплечья, Акс дернулся от прикосновения, но не отстранился.

– Акс, я не буду пытаться исправить тебя. Это не мое дело. Но если я почувствую, что ты ошибаешься, я сразу скажу тебе об этом, а дальше сам решай, как поступить с этой информацией. Я не стану осуждать тебя.

– Что ж, сейчас ты знаешь все мои грязные тайны.

– И я все еще рядом, разве нет?

Протянув руку, желая погладить ее по щеке, он не удивился дрожи в своей конечности.

– Женщина, ты пугаешь меня до усрачки.

Он лучше встретит тысячу лессеров, чем ее в покрывале перед отцовской Стеной Несчастья. И все же он не ушел. И сто процентов не попросит уйти ее.

– Очень страшно открываться другому, – сказала Элиза, поглаживая его руки, успокаивая его. – Когда пускаешь людей внутрь, они могут причинить боль. В твоем случае, ты вырос с уверенностью, что это естественные последствия любви к другому. Подводят тебя. Подводишь ты. И все рушится. Но не всегда бывает именно так.

Положив руки на ее талию, Акс притянул девушку к себе. Посмотрел в ее голубые глаза и прошептал:

– Я солгал.

– В чем?

– Ты не просто пугаешь, я в откровенном ужасе.

Она покачала головой.

– Ты можешь доверять мне. Я не оставлю тебя.

Акс поцеловал ее. Потому что хотел поцеловать. И потому что отчаянно хотел прекратить разговор.

– Пошли отсюда. Здесь холодно.

И, что более важно, он суеверно опасался, что отношения его родителей, подобно проклятью, могли транслироваться на него и Элизу. Вирус отношений или что-то в этом духе.

Поднявшись по лестнице, он поспешно отвел Элизу в гостиную. Солнце уже вставало, и там были самые плотные шторы.

Черт, раньше он об этом не задумывался, но сейчас он не чувствовал, что она могла в безопасности оставаться здесь в течение дня. Он хотел оказаться с ней за стальными дверями, укрыться от солнца в подвале так глубоко, чтобы показалось, что огромный смертоносный шар и не существует вовсе.

Они снова устроились перед камином, улеглись рядом, и он сказал:

– Я не употреблял наркотики с той ночи, когда узнал о его смерти. Я завязал. Иногда я могу позволить себе выпить, но не в тех масштабах, что раньше.

– И в этом весь смысл, – заметила Элиза.

– Наверное, да.

Он не рассказал ей про секс в клубе, отчего зашевелилась совесть. Но он туда больше не вернется. Отправившись сегодня в «Ключи», Акс осознал, что сейчас, когда у него есть настоящие отношения, эта чушь ему больше не нужна…

Он нахмурился, когда в другом конце комнаты зазвонил телефон.

Это был его мобильный.

Который Крэйг принес ему в начале ночи.

Телефон замолк. Чтобы зазвонить снова.

– Да что ж такое, – ворчал Акс, поднимаясь.

Порывшись в карманах плаща, он достал телефон и тут же нахмурился.

– Ново? Ты в порядке? Да, я в норме… нет, я дома. Где ты? Уже уходишь? Ново, не дури, рассвет на носу. Что, черт возьми, ты делаешь… а? Да, там время летит незаметно, но, Господи, закругляйся. Не заставляй меня пожалеть, что я провел тебя… Хорошо. Бросай трубку и набери мне, когда будешь дома. Бестолочь.

Он закончил разговор и прихватил с собой трубку, возвращаясь к Элизе и снова укладываясь рядом.

– Прости. Учимся вместе. Совсем как я, и дури в голове не меньше. Я просто… ну, не хочу, чтобы кто-то пострадал.

Элиза кивнула.

– Конечно. Не хочешь проверить, как он добрался?

Акс закатил глаза.

– С Ново ничего не случится, пока…

Снова затрещал мобильный, и Акс ответил прежде, чем он перестал трезвонить.

– Где ты? – вдохнул он. – Хорошо. Больше так не задерживайся, ладно? Всегда можно вернуться, но для этого надо быть живым. Увидимся завтра. Балда.

Посмеиваясь, он повесил трубку.

– Психушка плачет.

Элиза улыбнулась, но как-то отстраненно.

– Нужно иметь особую породу, чтобы заниматься тем, что делаете вы и Братья.