– Надеюсь, мы с вами тоже подружимся, а так как я ваш новый декан, то будем чаще общаться…

Под конец знакомства нового декана в дверной проем шагнул Гарри. Он замер, завидев ее.

– Здравствуйте, профессор Льюис.

А Вика, воспользовавшись тем, что женщина переключилась на юношу, быстрее пули поднялась по левой лестнице, которая вела в коридор с семью дверями. Она могла бы сделать это раньше, но портить отношения с ее непосредственной на данный период начальницей не хотелось. Увидев на одной из дверей табличку «7 курс», нажала на круглую ручку и вошла в полукруглую комнату.

Там стояли четыре кровати под пологами, возле каждой тумбочка. Виктория успела только осмотреться, как в спальню поднялась Гермиона со своим сундуком.

– Мы теперь в одной комнате будем жить, - сказала она, подходя к кровати, что напротив двери. Устало села на постель, вытягивая ноги.

– Да, повезло мне… Почему вы не предупредили меня насчет этой говорящей шляпы?

Виктория покрутила головой, не зная, куда ей приткнуться.

– Не знаю… Забыли, наверное. Вон та кровать свободная, - сказала Гермиона, заметив ее движение.

– У окна?

Гермиона кивнула и принялась что-то искать в сундуке. Виктория кинула сумку в изножье кровати, стоящей возле прямоугольного окна, и повалилась на красное с желтым покрывало.

– Хочу сразу предупредить: здесь живут еще две девушки, Лаванда и Парвати. С ними нужно держать ухо востро.

– Почему?

– Они такие болтушки и сплетницы, что…

Гермиона махнула рукой, показывая, что с этим даже бороться не стоит.

– Гермиона, скажи, этот Северус Снейп на самом деле кто?
– приподнявшись на локтях, Вика посмотрела на соседку.

Та ответила спустя мгновение, оторвавшись от содержимого сундука.

– Так сразу не скажешь… Он преподавал у нас Зельеварение…

Она запнулась, когда в спальню со смехом вошли Лаванда Браун и смуглая брюнетка, видимо, Парвати. Вика сделала жестом «Хорошо, поговорим завтра».

– Как здорово, что ты, Виктория, в Гриффиндоре, - сказала Парвати с энтузиазмом.
– Все-таки новое лицо.

– Хм… Спасибо, - с сомнением пробормотала Вика, торопливо роясь в сумке, выискивая длинную черную футболку, в которую хотела облачиться для сна.

– Расскажешь нам о Викторе Краме?
– подхватила Лаванда и зачем-то хитро посмотрела на Гермиону.

– Простите…

– Ой, мы же не представились: Я Лаванда Браун, а она – Парвати Патил.

– Приятно познакомиться, - сказала Виктория, не став напоминать о том, что все они были представлены своему декану, и поэтому знает их имена.

Гермиона за спинами подруг скорчила такую гримасу а-ля «что я тебе говорила», что Виктория фыркнула.

– Извините, Лаванда и Парвати, я ужасно хочу спать, так что…

Она быстро переоделась, юркнула под одеяло, пахнувшее свежестью, и задернула полог. Через щелку увидела, как Лаванда ошарашено таращится в пространство перед собой. Вот так и надо пресекать любопытные расспросы. Не сделаешь этого сразу, не отстанут от тебя, пока не выпытают все что нужно.

Резко вынырнув из снов и уткнувшись взглядом в бордовый полог, девушка несколько секунд соображала, почему лежит в таком крошечном, темном помещении. Только отодвинув рукой бархатистую ткань, она вспомнила, где находится. Увы, так иногда происходит, когда засыпаешь в незнакомом месте. В спальне было уже светло, и Вика решила встать, чтобы ненароком не опоздать на первый свой урок, ведь она не знала, во сколько именно он начинается. Да избежать новых вопросов от своих соседок, Лаванды и Парвати, тоже было бы неплохо. А они еще, судя по всему, спали. Вообще-то Вика по биоритму относилась к «совам», которые ложатся за полночь и встают не раньше десяти утра. А уж в выходные отсыпалась по полной. Вставать в семь утра для нее было мучением и, как правило, до полудня могла ходить сонная… Но этот день был исключением. Впрочем, следующие дни тоже…

– Вики, ты уже проснулась?
– послышался голос Гермионы, когда она изучала обнаруженные ею на тумбочке возле кровати стопки учебников, пергаментов и одежды.

– Ага, - отозвалась Виктория, расправляя перед собой серую юбку с шедшими по низу полосками гриффиндорских цветов.

Гермиона откинула одеяло и потянулась к одежде, с вечера выложенной из сундука. Потом посмотрела на часы.

– Восемь часов!
– охнула она.
– Завтрак сейчас начнется.

– А когда уроки начинаются?

– В девять. Эй, Лаванда, Парвати, просыпайтесь!
– гаркнула Гермиона неожиданно, да так, что Виктория вздрогнула.

Она вчера слышала, как подружки проболтали до самой ночи, и теперь дрыхли без задних ног. Парвати сонно пошевелилась, что-то пробормотав нелестное в адрес старосты, живущей в одной с ними комнате. Виктория оделась в новую и чистую белую блузку и юбку, не раздумывая над тем, за что ей эта небесная кара в виде школьной формы, которую ни за что не стала бы носить в любое другое время, если бы не чрезвычайные обстоятельства. Натянула на ноги не то гольфы, не то чулки и круглоносые туфли на низком каблуке, прихватила черную мантию с красной подкладкой и нашивкой спереди, изображающей льва с буковкой «G». Также в комплекте были темно-серый свитер, двухцветные галстук и шарф, но, полагая, что отлично обойдется без них сейчас, Вика переключилась на книги. Кроме сумки, в которой были сложены ее вещи, другой у нее не было. В чем же таскать учебники и письменные принадлежности с урока на урок? Не в руках же… Она задумчиво посмотрела на сумку и решительно вытряхнула из нее одежду и некоторую мелочь. Правда, немного большевата для школьного рюкзака, зато вместительная. Сунула поспешно все необходимое в ее недра и оглянулась: ее соседки уже оделись и подтягивались, зевая, к выходу. Виктория устремилась вслед.