Вот как? Значит, Малфой играет плохо? Значит, какой-то паршивый Зак лучше его? Значит, Забини даже не пытался заступиться за своего лучшего друга?

Вот о чем они все говорят за спиной Драко. В лицо одно, а за глаза…

Что, разве одна победа о чем-то говорит? Один раз словил снитч, подумаешь! Будто на этом шарике и этой игре свет клином сошелся!

А чьи родители купили всей команде новые метлы? На чем бы они столько раз выигрывали, если бы не новые подарки от Люциуса? Как бы они тогда отмечали свои победы? А?

Это же все благодаря семье Малфоев! Никто не сделал больше для своего факультета, чем они! Все покупают все себе, все для себя. А отец взял и подарил всей команде. Разве это не заслуживает уважения?

Чертов Зак.

Пускай он и покупает им обновки! Еще посмотрим, смогут ли его родители позволить себе все это. И как после этого заговорят слизеринцы. Придут и попросят прощения? Да только поздно будет!

Драко остановился около Пэнси, зло осматривая подругу. Она уже привыкла к таким переменам настроения, поэтому просто стояла молча. Препираться с Малфоем, когда ему что-то не нравится, было самой глупой затеей на земле.

Парень решил подождать Забини, чтобы вылить все свои жалобы ему на голову. Чтобы наорать и припомнить, сколько хорошего его семья сделала для Блейза. Сколько дней он пересиживал у него в доме, пока мама странствовала неизвестно где. Кому элементарное «спасибо» надо сказать? Да, правильно – Драко.

Но Малфой его не дождался. Потому что слизеринец не пришел в нужное место. Он просто ушел со своей командой в школу, чтобы отметить победу, даже не посмотрев по сторонам. Забини даже не попытался глазами найти друга.

Но они, черт побери, договаривались.

***

Драко Малфой, как всегда, медленно и гордо шел по направлению к гостиной. Несмотря на то, что волосы его были растрепанны, а в мутно-серых глазах светилась злость и усталость, слизеринцу удавалась идти с таким видом, будто ему все должны.

Тревожные мысли вертелись в голове, не давая парню покоя. Что он значит для своих друзей?

Неужели им абсолютно наплевать на него? Неужели мир, который он так старательно строил годами, рушится прямо на глазах?

Даже Забини не заступился за него. Просто сидел и молчал. Как оскорблять семью Драко, так Блейз в добровольцах, а как защитить Малфоя, - он тише воды и ниже травы.

Стоило парню пропустить один гребанный матч, как его сокурсники тут же набросились на Драко, как голодные акулы на мясо! Можно подумать, что Малфой ни разу не выигрывал у Пуффендуя. Но об этом они, почему-то, забыли!

А все из-за этой грязнокровки и ее подкаблучников. Если бы не она, Драко принял бы участие в этой игре, поймал этот дурацкий золотой шарик и не было бы всех этих проблем.

Он ворвался в гостиную, высматривая глазами Грейнджер. Слух Малфоя различил шум воды и чье-то вытье.

Блядь, да она издевается? До дежурства осталось пять минут, а эта идиотка решила принять ванну!

Яростно стуча каблуками, Драко подошел к двери и ударил ногой по дереву, едва не выбив замки. Из душевой послышался крик Гермионы. Что-то со стуком упало и громко покатилось по полу.

– Грейнджер, я больше ждать не стану, ясно? Твою мать, еще одна чертова минута моего времени и дежурить будешь одна до конца года!
– проорал блондин, колотя руками по дверь, как умалишенный.

– Да успокойся ты, уже выхожу!
– раздался спокойный голос гриффиндорки.

Чересчур спокойный, мать твою!

У Драко было такое ужасное настроение, что ему хотелось, чтобы весь мир чувствовал тоже. Малфой мечтал стереть улыбочку с лица каждого ученика. Мерлин, как же его все достали!

Он взглянул на часы, тиканье которых действовало на нервы. Драко готов был сорвать эту безделушки прямо с запястья, но сдержался. Он ждет эту поганку уже семь минут!

– Блядь, да сколько можно?
– прошипел он.

– Да подожди ты три секунды!
– пропищала девушка, собирая волосы в хвост.

Она час провела в душевой кабинке, делая из себя красавицу. Укладывала прическу, душилась, тщательно стирала всю грязь с себя мочалкой.

– Да иди ты! Без твоей помощи справлюсь, грязнокровка!
– процедил он, вылетая из комнаты.

Мало того, что день был хуевый, так надо было выбесить его еще больше! Ну конечно, это же, мать твою, Грейнджер.

Грейнджер, которую он хотел и ненавидел. На которую был обижен, и сам же обижал. Презирал, не любил и не ценил.