Пётр Иванович в это время занимался Верхнелягушинским архивом. Серёгин обязал Клавдию Макаровну открыть кабинет «6. Архив» и принести туда как можно больше свечей. А на плечи Семиручко Пётр Иванович возложил обязанность перетрусить все регистрационные журналы, а после – просмотреть все бумажки и бумажечки, которыми были забиты полки архива, и определить, что пропало, а что – нет. Вавёркин сидел тут же, в архиве, пытался починить свой «колдовской» компьютер и ныл, что некуда подключить паяльник. Клавдия Макаровна притащила последний подсвечник и тут же была «передана» в подчинение Семиручко – начала вместе с ним сличать имеющиеся в архиве дела с записями в журнале. Семиручко сидел с журналом и «кричал» номера и заголовки дел, а Клавдия Макаровна отыскивала их на пыльных полках. Так и работали они в дрожащем свете многочисленных свечей, а потом в архив ввалились трое. Кошко, Хомякович, а последним явился Хлебоедов. Серёгин прервал наблюдение за Семиручко и Клавдией Макаровной и вперил в вошедшую троицу удивлённый взгляд. Пётр Иванович сразу же заметил, что с ними нет Сидорова.

– Где Сидоров? – осведомился Серёгин у всех троих.

А в ответ все трое, сбивчиво, перебивая друг друга, рассказали, что сержант потерялся в подземельях «Хозтехника».

– Что? – подпрыгнул Серёгин, и едва не свернул на пол целых два подсвечника. – Что значит – потерялся??

– Он за мной шёл, – оправдывался Хомякович. – А потом – я не знаю, куда он делся. Я вылез, а он – нет. Я думал, что он всё это время за мной идёт…

– Поехали на поиски! – скомандовал Серёгин и ринулся к двери.

– Куда, сейчас уже стемнеет! – предостерёг Кошко. – А когда заходит солнце – из Чёртового кургана выходит чёрт…

– Нету чёрта! – отрубил Серёгин. – А до сумерек мы успеем разыскать его!

Пётр Иванович решительно распахнул дверь и сразу же лоб в лоб столкнулся с Сидоровым.

– Саня?? – изумился Серёгин, застряв в дверях.

– Ага, – кивнул Сидоров. – Что-то случилось?

– Хлебоедов сказал мне, что ты в пещере потерялся, – выдавил Серёгин.

– Суслик он, – буркнул Сидоров. – А я в пещере Маргариту Садальскую видел.

Сержант подробно рассказал Серёгину о своём «волшебном» приключении в подземельях «Хозтехника» и про вездеход на заднем дворе Гопниковского особняка. Разговаривая, Пётр Иванович вывел Сидорова в коридор, и позвал туда же и Кошко с Хомяковичем и с Хлебоедовым – чтобы Семиручко не подслушал разговор.

– Мы эту штуковину сначала в пещере видели, – говорил Сидоров. – Она там ещё куда-то поехала, вниз. А потом – я случайно вышел к «тринадцатке», – так Сидоров называл дом покойного Гопникова, – и там же снова на неё наткнулся!

– Следы колёс этой машины совпадают со следами из пещеры из Донецка, – вставил Хлебоедов. – Можно сказать, что это была одна и та же машина.

Серёгин стоял, ошеломлённый сообщением и тут же из-за двери архива возникла голова Семиручко и изрекла:

– Мы нашли то, что пропало. Пропали документы Гопникова.

Оказалось, что после того, как похоронили Гопникова, вернее, закопали пустой гроб – его дом обыскали и забрали в архив все обнаруженные там документы. Их держали на отдельной полке, надеялись, что объявится хоть какой-нибудь родственник Гопникова и заберёт их, но никто так и не явился, а документы покрылись пылью и заросли паутиной. Бумаги Гопникова были зарегистрированы в журнале, Семиручко дошёл до этой записи, а Клавдия Макаровна, подойдя к полке, обнаружила на месте документов только свободный от пыли квадратик.

– Спасибо, – поблагодарил Семиручко Серёгин.

Пётр Иванович отправил Хомяковича и Кошко обратно в Красное, и вместе с ними уехал и Вавёркин, потому что ему не терпелось найти паяльник и припаять обратно оторванные присоски. Хлебоедов тоже уехал – в Донецк – потому что Недобежкин дал ему командировку всего на один день. А Серёгин и Сидоров поехали «на базу», к Фёкле Матвеевне – чтобы придумать новый план.

– Ой, ребятки! – обрадовалась Фёкла Матвеевна, когда Серёгин и Сидоров переступили порог и вошли в хату. – А я уж волноваться почала!

Ужин у Феклы Матвеевны, как всегда, был отличным. Заморив изголодавшегося червячка, Пётр Иванович и Сидоров засели за составление плана.

– Я обратил внимание на стену в погребе, – сказал Серёгин. – Она кирпичная, замшелая такая. А вот посередине там есть такой участок, как будто бы из более свежих кирпичей. Дверь там была когда-то, что ли…

– В винный погреб? – подсказал Сидоров, вспомнив старый чертёж.

– Да, в погреб, в погреб, – согласился Серёгин. – Я считаю, что нам стоит ещё раз попробовать сломать её. Скорее всего, база шпионов была именно там, в винном погребе. И скорее всего, именно там обосновался наш с тобой «чёрт».

– Ну, шпионов пускай СБУ выкуривает, – протянул Сидоров, потому что вспомнил прозрачное чудовище, что живёт в доме и снова испугался его. – Это не наша работа…

– Ну, наша – не наша, но прежде, чем вызывать СБУ, нужно сначала доказать, есть там кто-нибудь, или нет. А то – СБУ приедет, а там – ёк! И тогда нам и премия – ёк, и, может быть, в личное дело впаяют.

– Мне уже впаяли один раз, – буркнул Сидоров, имея в виду ту вселенскую взбучку, которую он получил за то, что упустил Светленко. – А что если опять появится монстр?