– Простите, но и этого он просил не говорить, - пожала плечами медсестра, сочувственно глядя на девушку.

– Ну, номер хотя бы дайте! – Воскликнула брюнетка, взрываясь от отчаяния.

Но рыженькая девушка за стойкой лишь пожала плечами, тихонько покачав головой. Кончита резко развернулась и направилась к выходу, держа себя в руках и уверенно ступая. Но, дойдя до крошечного коридорчика между входом и выходом в клинику, привалилась спиной к стене, стараясь удержаться на ногах, и судорожно вздохнула, издавая какой-то жалобный всхлип и слабо проводя ладонью по лицу. Было так неприятно, так противно осознавать, что она оказалась совсем лишней в его жизни. Искренне протянутая рука помощи не была пожата в ответ. Он отказывался, бежал от неё, словно гордо заявляя: «Я смогу сам!»

– Кончита, Господи, что с Вами? – Бросился к ней Рольф, как только увидел бледную девушку на выходе, которая еле держалась на ногах и обреченно смотрела на снежное покрывало, бережно укутавшее землю.

– Почему я такая глупая? – С грустной усмешкой спросила она, подходя к автомобилю и всё так же не поднимая глаз.

– Я отвезу Вас домой, и Вы мне всё расскажете, - не спрашивая, а утверждая, заявил Рольф, захлопывая за ней дверцу автомобиля и спеша к своему месту.

Всю дорогу до дома Кончита молчала, не поднимая печальных глаз.

– Ну, почему? – Почти выкрикнула она, запуская пальцы в густые, чуть влажные после ванной волосы, и сверкнула на Рольфа блестящим взглядом. – Всё же было так хорошо!

Брюнетка сидела за кухонным столом в бежевом шелковом халатике, неотрывно глядя на своего телохранителя, который в последнее время стал ей будто другом. Могла ли она ещё полгода назад помыслить о том, что будет сидеть перед ним в таком виде? С зачесанными назад черными волосами, которые постепенно подсыхали, с совершенно чистым, без капли макияжа, и даже по-детски милым личиком, которое поражало своей естественной красотой. Непонятно, как ещё мужчина мог держаться на расстоянии метра от этого создания?

– Поймите, он хочет показать, что способен жить без Вас, - ответил он, наполняя её бокал вином, которое она тут же выпила залпом.

– Вот скажи, как мне теперь спать, не зная, жив ли он вообще? Черт возьми, да я не переживала так уже лет десять! – Возмутилась она, судорожно выдыхая и сминая в руке красную салфетку.

Их разговор протянулся до самого вечера, и вот, спустя несколько часов, Рольф слышит от девушки первое подобное откровение. Он не знал, вино ли будоражит её кровь и заставляет говорить лишнее или же девушка меняется на глазах, желая выговориться, но его явно радовал такой поворот событий.

– Знаете, что я Вам скажу? – С вызовом спросил он, привлекая внимание девушки, которая вопросительно подняла брови и приготовилась слушать. – Я верю в судьбу. И если вам суждено будет встретиться ещё раз – вы встретитесь.

– Обязательно, наверное, когда завтра в метро поеду куда-нибудь на окраину Берлина, - расхохоталась девушка до слёз, тут же смахивая их ладонью, а Рольф испугался не на шутку, понимая, что истерический смех – предел нервов Кончиты. Он всерьез забеспокоился о её здоровье.

– Это может случиться в любой момент. Что-то мне подсказывает, что встретитесь вы не единожды. Между вами по-прежнему есть некая ниточка чего-то общего, я это прекрасно вижу. – Рольф поднялся из-за стола, поднимая за собой и девушку. – Вам нужно отдохнуть, пойдемте.

– Мне? – Всё ещё улыбаясь после приступа смеха, спросила она, показывая на себя пальцем, но всё же быстро засеменила на носочках по мягкому белому ворсу в гостиную, куда уверенно вёл её телохранитель.

Не принимая возражений, он посадил её на мягкий большой диван, а девушка тут же плюхнулась на бок, обнимая маленькую подушку руками, и выдохнула, прикрывая глаза. Рольф заботливо набросил на неё сверху пушистый плед и остался посидеть рядом, обещая себе уйти через минуту. Как сложно было оторвать взгляд от рассыпанных по плечам и шее родинок; от милого эльфийского ушка, которое украшала витиеватая золотая серьга с бриллиантом и которое скромно выглядывало из-за темной гривы волос, безмятежно разбросанной черными прядями по подушке; от трепетно подрагивающих густых ресничек с закрытыми веками, скрывающими за собой прекрасные, добрые глаза…

Рольф сглотнул, тепло улыбаясь, и не выдержал, невесомо проведя большой ласковой ладонью по темным волосам, которые на ощупь были нежнее самого нежного шелка. И в следующую секунду сердце мужчины замерло: из-под пушистых ресниц выскользнула слезинка, прочертив короткую дорожку по щеке и тут же утонув в мягкости пледа, который брюнетка поджала под себя и удобно подложила под голову, словно подушки было недостаточно. Не зная, заснула ли девушка или нет, Рольф бесшумно выдохнул, чуть улыбнулся и удалился из гостиной, сразу же строго-настрого запретив прислуге беспокоить госпожу, которая сегодня слишком устала.

***

– Мэтт, ну, может…

– Нет, не может, - прервал друга Штойер, вслепую разбирая свои вещи. – Я сделал правильно.

– Она будет переживать, - возмутился Мартин, помогая ему. – Ты поступил, как неблагодарная свинья. Даже я понимаю, что так делать нехорошо.

– Всё, что она могла, уже сделала. Оплатила лечение вперед, больше от неё ничего не требовалось. Нечего ездить и жалеть меня, из этого ничего хорошего не выйдет.

– Зря ты так. По-моему, она хотела порадовать тебя своими приездами, показать, что ты не один…