– Немедленно вернись, ты проявляешь неуважение к своим приемным родителям! – Тут же строго заметила воспитательница, поставив руки на бёдра.

– Я никуда без него не поеду, - задыхаясь от слёз, ответил Мартин, вцепляясь своими ручками в широкие плечи любимого друга, который поверить не мог своему счастью.

– Глупый, это же Америка, - шептал Мэтт ему на ухо и гладил по узкой спинке, улыбаясь.

– Не хочу, не хочу, без тебя не хочу, - так же тихо отвечал ему одиннадцатилетний Мартин, хлопая своими большущими медовыми глазищами, которые пожирали Маттиаса своей безграничной любовью.

Воспитательница, испуганно покосившись на двух мальчиков, которые обнимались у всех на виду слишком любовно, поторопилась в сторону остановившегося автомобиля, где с вопросительными лицами стояли те, кто мог заменить Мартину родителей. Но не мог заменить Маттиаса.

Через двадцать минут на крыльце стихло. Дети убежали, воспитательница, о чем-то переговорив с американскими «родителями» Мартина, тоже скрылась в корпусе. И только два мальчика так и стояли на ступеньках, прижавшись друг к другу и разговаривая практически только взглядами, изредка шепча что-то и улыбаясь. И плевать им было на уже отмерзшие пальцы, на крупные хлопья снега, опускающиеся им на головы, и даже на презренный взгляд воспитательницы из-за занавески окна корпуса «С»…

– Мэтт, ну, слезь, у меня нога уже затекла, - простонал Мартин и засмеялся, когда тот ущипнул его за бок.

– Я уже почти заснул, - парень поднялся и потянулся, широко зевая. – Остальное завтра разберем. И ещё, скажи Гехарду, что я выйду на работу на следующей неделе.

– Да ты с ума сошёл! – Воскликнул Мартин. – Как же ты будешь машины ремонтировать?

– Я и раньше мог делать это практически с закрытыми глазами, - развел руками Мэтт, солнечно улыбаясь, - а тебя я нанимаю в личные помощники.

– Что? – Пискнул Мартин и снова был повален другом на диван, отчего комната вновь наполнилась двумя переплетениями звонких голосов и счастливым, беззаботным смехом.

I wanna run to you

I wanna run to you

Won’t you hold me in your arms

And keep me safe from harm

I wanna run to you

But if I come to you

Tell me, will you stay or will you run away /

Я хочу бежать к тебе,

Я хочу бежать к тебе,

Будешь ли ты держать меня в своих руках

И оберегать от бед?

Я хочу бежать к тебе,

Но если я приду к тебе,

Скажи: ты останешься или сбежишь?

Whitney Houston - Run to you

Комментарий к Часть 9

Ну, сегодня меня конкретно накрыло, такого вдохновения я не испытывала уже очень долго!

Я просто тащусь от этой работы, честно.

Отношения Мартина и Мэтта очень похожи на близнецовые, у них вообще что-то заоблачное, не подвластное разуму обычному человеку, это надо хорошо прочувствовать.

В конце кусочек песни, как мне кажется, подходит и к части Кончиты, и к части Мэтта и Мартина…)

========== Часть 10 ==========

Воскресенье, на часах 21:30. Уютный весенний вечер, теплая погода. На улицах не протолкнуться – словно весь Берлин решил выйти на прогулку в одно время. Последний выходной день каждый проводил, как его душе угодно. Кто-то отправлялся на свидание, кто-то брал своих друзей и всей толпой заваливался в кинотеатр, кому-то по душе была прогулка в одиночестве, а Кончита…

А Кончита всё ещё сидела в собственном офисе в душном кабинете с карандашом в руках и творила. Вернее будет сказать, пыталась что-то сотворить, ведь в последние пару часов не получалось абсолютно ничего. Эскизы получались донельзя однообразными и скучными, как ей казалось. Один за другим белоснежные листки сминались тонкими пальчиками в бумажные комочки и разлетались по разным углам кабинета.

Только лишь один листок оставался нетронутым. На нём не было гениального наброска, готового эскиза, который показался девушке хорошим, нет. На нём были простые человеческие глаза.

– Красиво, - прозвучал у Кончиты прямо над ухом приятный женский голос, а она еле заметно вздрогнула и возмущённо посмотрела на нарушительницу её уединения, автоматически прикрывая единственный уцелевший за вечер рисунок ладонью.

– Выйди, Эмили, ради бога, - попросила она с нажимом в голосе и проследила за семенящей к выходу девушкой, тут же откинувшись на мягкую спинку кресла.

Сделав пару оборотов вокруг своей оси на кресле, остановилась и схватила со стола лист, внимательно вглядываясь в нарисованные глаза. Она ведь даже не задумывалась о чём-либо и рисовала так легко и непринужденно, словно так и нужно было. А рисунок действительно вышел впечатляющим, поражая своей реалистичностью. Но что-то смущало Кончиту в этом взгляде. Слишком он был живым, слишком был похож на…