Но все это может ждать, сегодня у неё был последний учебный день. Кисе и Михаэль выпускаются завтра, а значит ей надо собрать вещи, приготовить продукты и проверить документы. Мальчики решили не отставать от Тсунаеши и тоже вгрызлись в учебу. Осваивая все залпом, сдавая восемь сессий за девять месяцев, практики, курсовые, дипломные, зашиваясь и выкладываясь по полной. Ради того чтобы уложить всю программу высшего стандартного образования в полтора года. Зачем, они не знали, но так посоветовала интуиция Инганноморте, а значит надо.

Ребята собирались на каникулы приехать к Верде. Пройти обследование, побеседовать и просто расслабиться. Все-таки он стал им близок. Заменил отца и учителя, его дом ассоциировался у них с чем-то теплым и родным. Отсутствие людей, огромные, практически девственные леса, давали им силы на новые подвиги, там даже дышалось легче.

Вдруг дверь открывается и в неё влетают два парня. У них улыбки на пол лица и радостно сияющие глаза.

— Тсуна! Планы меняются, мы смогли подать документы сегодня, а значит, уже завтра будем у Верде!

— Это как?

— Ну, я предполагал нечто подобное и забронировал рейс на сегодня, в ночь.

— Весело! Хорошо, что я собрала вещи! Кстати о Мукуро ничего не слышно?

— Не-а, ничего. Видимо действительно залег на дно.

— Вот и хорошо.

Дети выходят из квартиры, прихватив небольшие рюкзаки, они направляются к аэропорту, и спустя четыре часа пассажирский самолет уносит троих гениев из Туманного Альбиона в солнечную Италию.

— Мы дома! — Громкий крик раздается в прихожей, однако заметив отсутствие света из лаборатории, дети насторожились.

Переглянувшись, Тсунаеши пошла в подвал, проверять включена ли электросеть, Михаэль отправился в обход дома, проверять наличие Верде, а Кисе на кухню, раскладывать английские сорта чая и сладости.

— Верде нигде нет. — Произнес Михаэль, подходя к Кисе и помогая раскладывать гостинцы.

Вскоре в доме загудела электроника. Тсунаеши поднялась на кухню, перехватила печеньку и пошла к холодильнику.

— Тут записка, ребят!

Дети, я ушел на собрание аркобалено, буду через трое суток.

10.07

— И? Как это понимать? Мы, значит, спешим к нему, а он! — Возмущенно воскликнул Кисе, наигранно надувая щеки. Тсунаеши прыснула, а потом вспомнила и обеспокоенно произнесла:

— Да ладно, он наверняка придет голодный, надо бы еды приготовить.

— Я займусь.

— Хорошо, только, ребят, одно условие… — тихий голос Ворона остановил Михаэля у холодильника, а Тсунаеши у двери.

— М?

— Среди Аркобалено двое точно лояльны Вонголе, поэтому если что, вы всего лишь мои друзья.

— Как скажешь, я тогда лучше не буду менять внешность, ок?

— Да, так будет лучше. — Подтвердил Михаэль, припоминая количество попыток взлома её аккаунта и линии связи от Вонголы и Варии в частности. Тсунаеши искали повсюду, причем делали это настолько ювелирно, что остальные семьи Альянса считали сей процесс не более чем очередной придурью Принца-Потрошителя.

Не то чтобы дети прятались из-за обиды на ту глупую выходку, но надышавшись свободой после заключения в Эстранео, они не хотели присоединяться ни к какой семье. Ребята до сих пор периодически застывали, увидев нечто прекрасное в обыденности, будь то листва на закате, майская гроза или грибной дождь. И пусть от людей они все еще шарахались, но убивать их они не хотели. А именно это пришлось бы им делать, согласись они войти в Вонголу. И по этой же причине мальчикам понравилась идея Тсунаеши организовать собственную семью с медицинским профилем.

Верде не любил эти собрания аркобалено, ни в прошлом, ни сейчас.

Первый раз он на него пришел потому, что Луче пригрозила перенести оное в его дом. Угроза была стабильной и пару раз даже выполнялась, потому он присутствовал на каждом.

Когда она умерла, тот думал забить на все и не вылазить еще с годика три из своей берлоги. Три не получилось. В отличие от Луче, Ария не собирала радугу каждый год, но вот раз в два года обязательно. И он являлся, потому что сложно не появиться, если тебя несет подмышкой собственное Небо. А поскольку это было очень позорно и шутки от Реборна и Колонелло не затихали еще года три, то приходилось присутствовать.

И Юни переняла эту традицию, нет, не носить подмышкой, она была еще слишком мала для подобного, но вот обязательно собираться всем составом… Раз в два года всем приходили приглашения, и не придти, значило обидеть девочку, а этого он хотел меньше всего.

Потому, написав записку на холодильник (он помнил, что дети хотели навестить его через два дня, но с них станется приехать раньше), выключив приборы, и полностью стерев все данные по последним исследованиям, предварительно перенеся их на личный жесткий диск и в ноутбук, Верде включил защиту и ушел в гости к Юни Джиглио Неро.