Родился в Краснодаре в феврале 1922 года. В мае сорок первого закончил в г. Кременец Тернопольской области Осоавиахимовскую Центральную летно — планерную школу инструкторов. Получил назначение на должность летчика — инструктора в Алтайский край. Там и услышал — война!

В годы войны готовил воздушных бойцов в военных авиашколах.

Майор в отставке. Член Союза писателей СССР и Союза журналистов СССР. Его романы, повести и рассказы отображают главным образом жизнь и службу в лихолетье летно — инструкторского состава ВВС.

Еще в начале Великой Отечественной войны советская авиация потеряла только на одном Московском направлении (а сколько их было!), где действовала группа немецких армий «Центр», 1200 самолетов из имеющихся 1560.

В то же время эвакуировались на Восток, далеко на Волгу авиашколы: Одесская, Чугуевская, Краснодарская, Ейская, Армавирская, Сталинградская и др. И был тогда приказ Верховного Главнокомандующего Сталина: «Дать фронту 150 тысяч воздушных бойцов».

В результате, не так скоро, правда, лишь весной сорок третьего, советская авиация завоевала-таки полное господство во фронтовом небе. И тем самым обеспечила наземным войскам успешное продвижение к полной победе над фашистской Германией. В 50–летне Победы не грех сказать и о том, что треть списочного состава Героев Советского Союза, летчиков, обрели крылья в военное время, там, на полевых аэродромах в Заволжье.

Вот об этом, в основном, и пишет В. Т.Иваненко. Помогает ему быть правдивым в отображении седого прошлого лично прочувствованное за двадцать лет службы в авиации.

* * *

Горел Синеморск. Горел большой приморский город. Едва начинало спадать пламя, прилетали самолеты с черными крестами на крыльях, бросали на город бомбы и уходили за тучу дыма.

Сипло ревели в порту парохода!. На сходнях кричали командиры, торопя и подбадривая необстрелянных солдат. Измученные морской болезнью, солдаты длинными колоннами втягивались в улицы Сннеморска и двигались к окраинам, где их ждали окопы полного профиля.

В го же время с центрального аэродрома Синеморской летной школы поднимались самолеты И-16 и уходили па восток, далеко в Заволжье. По тому же маршруту раньше, ночью, отправился железнодорожный состав с членами семей авиаторов, техниками, преподавателями и курсантами.

Полковник Метальников, начальник школы, улетел с первым воздушным эшелоном организовывать на новом месте базирования подготовку воздушных бойцов по ускоренной программе. Однако не удержался, прежде чем запрыгнуть в кабину своего «ишачка» шагнул к провожавшему его Романову — командиру отряда учебно — тренировочных самолетов УТ-2 — и спросил тревожно, даже с дрожью в голосе:

— Как вы думаете Прадед, вернемся скоро?

Грузноватый капитан Романов был намного старше по возрасту и опыту летной работы. Выходец из семьи помещика, он рано связал судьбу с авиацией. Длительное время жил во Франции доверенным царского правительства по закупке аэропланов фирмы «Блерио». После воевал на них с немцами в армии генерала Брусилова вместе со своим давним наставником, ветераном русской авиации, внуком Айвазовского Константином Арцеуловым. Потому Металыш- ков всегда испытывал к нему чувство симпатии и нередко обращался к старику не по званию, а так, как воспринимал по авиационной родословной.

Сосредоточенно шевеля густыми, уже с проседью бровями, Прадед не ответил ему прямо на вопрос, а лишь сурово, и торопливо тоже заметил.

— Летчиков — ииструкторов берегите в эвакуации, товарищ полковник. Иначе никогда не вернемся.

Его отряд — семнадцать молодых летчиков — сержантов (до вчерашнего дня их было восемнадцать, но восемнадцатый Костя Борщев улизнул-таки в строевой авиаполк, помогла третья рука — родной дядя в штабе военного округа) — по- следним воздушным эшелоном покидал орлиное гнездо, свитое на западном берегу Черного моря.

Взлетали на склоне дня звеньями, не оглядываясь — в спины светило низкое яркое солнце, да и стыдно было оглядываться: позади горел город, что-то бесформенное полыхало у мола. Там гибли люди. А они…

За Гнилым лиманом «утенкн», едва не цепляясь за колья виноградников, образовали плотный журавлиный клин. Потом они еще долго шли бреющим, маскируясь от воздушного противника.

Встретив на пути зеленую стену леса, самолет ведущего перешел в набор высоты. За ним потянулся весь клин, медленно, как бы с неохотой удаляясь от земли.