Крепко держась за Клауса, прижимаясь к нему так, будто они – единое целое, Кэролайн слышит, как он простанывает ее имя, упиваясь экстазом. Даже закончив, он остается внутри нее, его горячее дыхание обжигает шею. Что-то во всем этом, в том удовольствии, которое дало ему ее тело, заставляет Кэролайн дрожать от того, что удовлетворены и ее собственные желания. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного, жаждать человека так сильно и быть настолько же нужной в ответ.

Клаус мягко вытаскивает из нее член и ложится рядом, переводя дыхание. Услышав, как довольно выдохнула Кэролайн, он улыбается, проведя рукой по ее волосам.

Она накрывает их обоих простыней, устраиваясь на кровати поудобнее.

– Твои глаза… - начинает Кэролайн, прежде чем Клаус успевает хоть что-нибудь сказать.
– Они желтые… - внезапно она замолкает.

Клаус повернулся к ней, и она видит, что его глаза больше не того ярко-желтого, почти янтарного цвета, нет, они сейчас ясно-зеленые, с оттенком синего. Словно океан после дождя, приходит в голову Кэролайн поэтическое сравнение.

– Что? – спрашивает он, обрывая нить ее мыслей.

– Они прекрасны, - признается девушка.

Клаус приподнимает голову с подушки, слегка удивленный признанием.

– Тебя ничто не испугало?

– Ты меня иногда пугаешь, но сейчас я поняла, что даже монстры могут быть красивы, - она произносит это, не задумавшись, и стоит словам слететь с губ, как Кэролайн хочет вернуть их обратно.

– Я приму это за комплимент, - отвечает он после некоторого молчания.

Кэролайн бросает взгляд на окровавленные простыни и дотрагивается рукой до шеи там, где раньше кровоточила рана. Она уже затянулась, исцеленная его кровью, кожа гладкая, будто укусов не было вообще.

– Из-за этого я могу стать… не человеком? – тихо спрашивает она.

– Ты можешь произнести это слово, Кэролайн. Но нет, вампиром ты не станешь, для этого нужно умереть с моей кровью внутри.

Она на мгновение застывает, услышав его слова, внезапно поняв, что Клаус умирал. Нет, она всегда это знала, но только сейчас начала осознавать, что он действительно видел смерть.

– Кто убил тебя? – с любопытством спрашивает девушка.

– Мой отец, - отвечает он, стараясь подавить горечь.

Клаус поворачивается к ней, глядя на смягчившееся выражение лица Кэролайн. В ее взгляде столько нежности и доброты, что мужчине становится не по себе от того, что кто-то может так смотреть на человека, подобного ему. Именно поэтому он никогда не оставался на ночь с женщинами. Клаус улыбается, стараясь скрыть смятение, и поднимается с постели.

Кэролайн садится, глядя, как он собирает одежду. Клаус уходит, как говорила Элизабет, как он уходил от всех своих женщин, и вдруг девушка понимает, что в ней нет ничего особенного. Теперь, когда он взял ее, она стала, как остальные. Ему нравилась охота на Кэролайн, но не она сама.

– Прости меня за навязчивый вопрос, - тихо говорит она, по-детски надеясь, что это заставит его остаться.

Но Клаус уходит. Не бросив на нее и взгляда, он желает ей спокойной ночи и покидает комнату. Кэролайн сжимается под одеялом, пытаясь хоть как-то согреться на пустой кровати, и вскоре проваливается в глубокий сон.

========== 5.3. I Fall Asleep Inside of You. “Good night” ==========

Ощущение его напряженного члена внутри медленно вытягивает девушку из тьмы, окутавшей ее во сне. Ее тело признало Клауса еще до того, как Кэролайн успела открыть глаза, и приняло его так, будто они были любовниками уже несколько лет. С тихим стоном разомкнув веки, она смотрит на него. Кожа мужчины сейчас кажется теплого оранжевого цвета из-за отблесков пламени, горящего в камине, его волосы небрежно упали на лоб, и Кэролайн проводит по ним пальцами.

– Опять? – сонно спрашивает она.

Он накрывает ладонью ее грудь, касаясь губами изгиба шеи, и делает глубокий вдох, наслаждаясь запахом девушки.

– Ты и покойника можешь с ума свести от жажды, - выдыхает он ей в кожу, его голос сейчас резкий и глубокий.

Эти слова вновь пробуждают и ее собственное желание, и Кэролайн обвивает ногами его бедра, когда он резко в нее проникает. Она выгибает спину навстречу, как можно крепче прижимаясь к мужчине, впиваясь ногтями ему в плечи. Его взгляд словно прожигает кожу, и Кэролайн вглядывается ему в глаза.

– Не смотри на меня так, - цедит Клаус сквозь стиснутые зубы, снова резко проникая в девушку. Она распахивает глаза, не понимая, что он имеет в виду. – Мне не нужна твоя нежность. Не смотри на меня так, будто можешь полюбить.

– Да, мой господин, - стонет она, вновь закрыв глаза, но не из-за его слов, а от накрывшего ее наслаждения, от ощущения, как напряженный член, раз за разом, жестко скользит вглубь тела, и Кэролайн кажется, что она вот-вот рассыплется на части от жгучего удовольствия.