Карсон (к Рут). Все-таки ты стерва.

Раздается телефонный звонок, и Карсон направляется к аппарату. Он больше слушает, чем говорит.

Рут. Да, Джордж, он прав: я стерва. Жуткая стерва. Я летала в Лондон забрать Алли на каникулы. Он учится в начальной школе в Эскот-Хит.

Появляется Алистер; он в пижаме и тапочках.

Привет, зайчик! Пришел пожелать спокойной ночи твоей мамочке-стерве?

Алистер (возмущенный до глубины души). Спокойной ночи? Да я еще даже не ужинал!

Рут. Тогда пойди и найди Винни, она тебя покормит.

Алистер. Я хотел сказать пару слов мистеру Гатри!

Рут. Мистер Гатри зайдет к тебе позже. Вас не затруднит, Джордж?

Гатри. Никаких проблем. (Он встает, выходит на веранду, вглядывается в ночь и зевает)

Алистер. Так вы зайдете позже ко мне в комнату?

Гатри. Честное слово!

Рут. Я тоже зайду. Пожелай спокойной ночи мистеру Вагнеру.

Алистер. Спокойной ночи.

Вагнер. Спокойной ночи, Алистер.

Алистер. Вы не забудете, Джордж?

Рут. Мистер Гатри тебе же пообещал.

Алистер уходит. Гатри садится в уютное кресло на веранде.

Боже мой, похоже, Джордж ему нравится! Так, глядишь, он и журналистом захочет стать, когда вырастет! Что делать бедной матери?

Карсон кладет телефонную трубку.

Запугать его рассказами о том, что от этого люди слепнут и сходят с ума, или нашить ему на пижаму удостоверение военного корреспондента и ждать, что с возрастом это само пройдет?

Карсон (выходя из комнаты). Дорогая, незнакомым людям нужно время, чтобы привыкнуть к твоему юмору. (Громко зовет) Алли, где ты?

Рут. А как выжить без юмора в доме, битком набитом журналистами? Такое общество может повредить мальчику. Может быть, подарить ему на Рождество куклу-репортера? Будет врать, пока завод не кончится. (Видно, что сарказм Рут неисчерпаем.) Интересно, что говорят пупсы-репортеры, когда им надавишь на живот? Вы случайно не в курсе, Дик?

Вагнер. Лично я сообщаю, кто во всем виноват.

Рут (со смехом). Будем знать на будущее!

Возвращается Карсон и садится на свое место. Рут встает, чтобы наполнить свой стакан.

Да, я тоже часто в жизни задавалась вопросом, кто во всем виноват. Разумеется, до тех пор, пока не повстречала Джеффри. Джеффри абсолютно ни в чем не виноват.

Карсон. Притормози, Рут.

Вагнер. И кто виноват во всем на этот раз, Джеффри?

«Рут». Вагнер, не наглей!

Вагнер. Шимбу или Магиба?

Карсон. Ну…

«Рут». И это все, что его интересует!

Карсон. Все зависит от того, какую газету вы читаете, не правда ли?

«Рут». Как они меня утомили!

Рут берет свой стакан и садится поодаль от мужчин.

Вагнер. Что скажет президент по поводу последних событий?

Карсон. Вы что, берете у меня интервью, Дик?

Вагнер. А что, нельзя?

Карсон. Нет, нельзя.

Вагнер. Тогда скажите не для печати.

Карсон. Я некомпетентен отвечать на такие вопросы.

«Рут». Я ему сейчас устрою! Как Элизабет Тейлор в «Прогулке слона»… (Кричит) «Убирайтесь из этого дома! Это вам больше не холостяцкая квартирка Джеффри Карсона! Я – его законная английская жена, и мне надоели глупые мальчишки, которые играют в велосипедное поло у меня в гостиной!»

Карсон замечает, что Гатри заснул со стаканом пива в руке. Он встает и осторожно вынимает стакан из пальцев Гатри.

Карсон. Джордж сказал мне, что он хотел бы попасть в Малаквангази.

Вагнер. Я бы тоже хотел.

Карсон. А Джейк?

Вагнер. Джейк – внештатник. Освещать эту историю газета послала меня.

«Рут». Какой ужас, у него в ноздрях волосы растут! Наверное, я просто была пьяна!

Карсон. У него же неплохо выходит!

«Рут». Ну конечно, я была пьяна.

Вагнер. Да, неплохо. Везение.

Карсон. Везение – и только?

«Рут». Я знаю, кто во всем виноват: виски «Джей энд Би»!

Вагнер. Не важно. Важно то, что сейчас моя очередь спешить на пожар, пока меня не опередили другие. Я думаю, многим репортерам уже пришла в голову та же идея.