Рут. Когда вы проезжали мимо, свет еще не горел.

Карсон. Дик, умоляю, как-нибудь в другой раз.

Вагнер. Жестокие люди, я-то проделал весь этот путь, чтобы угостить их.

Карсон. Вы же сказали, что просто проезжали мимо.

Вагнер. Чтобы посмотреть, спите вы или нет.

Карсон. А мы как раз укладывались спать, не правда ли, дорогая? Может быть, лучше заехать завтра – господи, то есть уже сегодня, – чтобы пропустить вечерком по стаканчику?

Рут. Кончай, Джеффри. Похоже, он обо всем знает. (К Вагнеру.) Я угадала, вы знаете?

Вагнер. Разумеется.

Карсон. Знает о чем?

Рут. Он знает, что мы ожидаем в гости Магибу.

Карсон (сердито). Рут!

Вагнер. Магиба – так вот в чем дело!

Карсон. Это частный визит. Он любит ужинать поздно.

Вагнер. Неужели?

Карсон. Короче говоря, вы знали?

Вагнер. Конечно. Полковник Шимбу тоже ожидается к ужину?

Карсон. Нет, он не приедет.

Рут (одновременно с ним). Утром. Он не приедет утром.

Карсон. Это чудовищно!

Вагнер. Я буду молчать, как мышка.

Карсон. Магиба придет в бешенство. Если он вас не арестует, считайте, что вам крупно повезло.

Вагнер. Я гость вашего дома.

Карсон. Нет, это неправда.

Рут. Да оставь ты его в покое. Пусть прячется под софой. (К Вагнеру.) Вам там понравится, там почти л так же уютно, как под кроватью. Могу поспорить, что под кроватью у вас выходит лучше, чем на ней.

Карсон. Перестань немедленно!

Вагнер. Тогда замолвите за меня словечко. Пролоббируйте меня, а я пролоббирую вас.

Карсон. Что значит «пролоббируйте»? Магиба – президент Камбаве, а не какой-нибудь там пиарщик с Даунинг-стрит. Здесь журналистов вешают за пальцы ног, если они ошибаются, перечисляя президентские ордена.

Вагнер. Славный парень, однако, ваш здешний босс.

Карсон. Он мне не босс, он – президент, и этим все сказано. Не я его выбирал. Я всего лишь скромный горный инженер.

Вагнер. На рудниках Его Превосходительства.

Карсон. Я работал на этих рудниках, когда Его Превосходительства еще и в помине не было. Я с большим правом могу называть их своими, чем он.

Рут, Насколько я понимаю, сейчас право называть их своими имеет Шимбу.

Вагнер. Верное замечание. Итак, прибудет ли Шимбу на встречу?

Карсон. Я полагаю, что, скорее всего, не прибудет. Разве что у него на каждый туз Магибы есть по два джокера.

Вагнер. Значит, здесь дела делаются точно так же, как и на Даунинг-стрит.

Карсон. Но откуда вы все узнали?

Вагнер. Про Шимбу я просто догадался. А сведения насчет Магибы я получил из надежных источников.

Карсон. Могу поспорить – это тот самый канадский горлопан.

Вагнер. Какой еще канадский горлопан?

Карсон. Вы знаете про делегацию ООН?

Вагнер. Кое-что слышал, Ваше Медное Сиятельство.

Карсон. В воскресенье в Камба-Сити прибыли наблюдатели ООН.

Вагнер. Так, значит, Шимбу написал письмо в ООН, а не Магибе?

Карсон. Я поделюсь с вами информацией, если вы пообещаете уехать.

Вагнер. Звучит заманчиво.

Карсон. Магиба хочет вернуть свои рудники. В прошлом году они дали шестьдесят процентов добычи меди в стране – вы, возможно, читали про это в «Камбаве ситизен». Шимбу от рудников нет никакой пользы, потому что железнодорожная ветка идет не в его сторону. Достаточно бросить взгляд на карту, чтобы понять это. Поэтому Шимбу готов обменять рудники на признание независимости Илонго. Очень выгодная сделка: я украл твою одежду, а теперь возвращаю твои брюки в обмен на то, что ты признаешь мое право владеть твоей рубашкой. Переговоры он хочет вести через наблюдателей ООН. В знак доброй воли он объявил одностороннее прекращение огня – до первого выстрела со стороны противника.

Вагнер. Похоже, у него искренние намерения.

Карсон. Похоже, ему еще не подвезли все боеприпасы. Так или иначе, Магиба клюнул на это предложение. Он согласился прибыть вместе с канадскими наблюдателями рано утром в этот дом для переговоров. Встреча на нейтральной территории, так сказать.

Вагнер. Покажите мне живых канадцев, и тогда я во все это поверю.

Карсон. И я того же мнения. Все кругом лгут.

Вагнер. А что вы думаете по этому поводу?

Кар сон. Я думаю, что Шимбу хочет захватить всю власть в стране и просто тянет время в ожидании подкреплений и вооружения. Я также думаю, что Магиба скорее похоронит Шимбу в рудниках, чем согласится на его требования, так что к полудню он начнет бомбардировки и пустит в дело танковые части, в течение недели потеряет половину своей армии, а затем обратится за помощью к Западу, заявив, что в дела его страны вмешались Советы. Американцы и англичане заявят протест, и, пока они будут протестовать, русские сотрут в порошок армию Магибы, и тогда Камбаве станет примерно таким же независимым, как Советская Литва, а американцы и англичане будут продолжать заявлять протест за протестом.