– Живой ещё, падла!
– услыхал я справа от себя и тут же на меня обрушился сокрушительный удар по голове, после которого я вновь отключился.

***

Сознание пришло ко мне в какой-то землянке. Я очнулся, лежа на промёрзшей земле в небольшой яме, накрытой дощатым настилом. Сквозь него я увидел полуразваленную крышу какого-то помещения, похожего на сарай. Попытавшись присесть, я поднял левую руку и ощупал землю рядом со мной. Наверху донёсся грозный мужской голос, крикнувший что-то по-чеченски. Спустя несколько секунд настил распахнули и в землянку прыгнул молодой парень примерно моих лет в чёрных одеждах и камуфляже. Пнув по моей руке, он схватил меня за шиворот, забросил меня за спину и вынес из землянки. В моей контуженой голове стали проясняться кое-какие детали.

По всей видимости, я попал в плен. А это не очень хорошо. Мало хорошего рассказывали о чеченском плене. Говорили, что чехи могут, и глаза, и уши отрезать, не говоря уже о конечностях. Наши офицеры постоянно учили: ни в коем случае не сдаваться, не попадать в плен. Да и в общей курилке, и в окопе рассказывали пару жутких случаев. Якобы пацан, чтобы не попадать в плен, подорвал себя вместе с окружившими его чехами. Может сказка, может быль. Но, какая теперь мне разница? Разгрузку, оружие, нож - всё отобрали, а я сам едва могу пошевелиться.

– Аслан, давай его к французам, они велели!
– услышал я впереди себя грозный возглас мужчины постарше.

Я не осознавал, куда меня несли. Пройдя по свежему воздуху, парень зашёл в избу и занёс меня в большую комнату. После этого, он сбросил меня со своих плеч, усадил на стол и удалился. В глазах темнело, но я видел, что не один в этой комнате. Изначально пятна эти были расплывчатыми, но спустя несколько мгновений, я сфокусировал своё зрение на людей напротив меня. Их было двое: один, пожилой мужчина в камуфляже серо-коричневой расцветки, сидел передо мной, второй - помоложе, высокий брюнет в такого же цвета камуфляже, но, судя по всему, ниже чином. В том, что эти двое военные, я не сомневался. Но на чехов или наших офицеров они не походили.

– Французы, - вспомнил я, что сказал один чех другому.

Сидевший офицер спокойно и внимательно изучал меня взглядом своих пронзительных карих глаз, после чего повернулся к своему подчинённому и произнёс:

– Xavier, allez а la minute!

Молодой беспрекословно выполнил просьбу старшего, и мы остались в комнате одни. После того, как хлопнула дверь, француз откинулся на спинку своего стула и произнёс на русском с сильным акцентом:

– Солдат, ты меня слышишь? Говорить можешь?

– Да, - еле выдавил я из себя.

– Пить хочешь?
– офицер вытащил со своего пояса флягу и показал её мне.

Я, едва увидев флягу, кивнул. Офицер встал и, подойдя ко мне, бросил флягу на стол передо мной. Слишком сильно приближаться, он, ясное дело, не стал: мало ли что я могу вытворить?

Я поблагодарил его, протянул правую руку к фляге, открутил крышечку, сделал пару больших глотков. Во фляге была не вода, а апельсиновый сок. И хотя, я терпеть его не мог, мне это придало сил.

– Спасибо, - ответил ему я, завинчивая крышку фляги и положив её на стол.

– Хорошо, - кивнул мне офицер, - Теперь ты можешь говорить?

– Где я?
– задал глупый и неуместный вопрос я.

– На одной из чеченских баз, - ответил мужчина, - Но это неважно....

– А кто вы?

– Я - полковник Франсуа Легран, я служить миротворческий сил Франции.

– И зачем это я вам понадобился? - не без удивления спросил я.

Легран улыбнулся, облокотившись на стол.

– Потому что ты знаешь то, что мне нужно.

– А что вам нужно?

– Где находиться ваш штаб!
– пояснил Легран, - Ваш отряд взял нужный мне информация из самолёта. Мне нужно, чтобы ты показал, где находится ваш штаб.

Я усмехнулся. Этот француз, справедливости ради, не стал сразу заманивать меня пряником, а сказал всё, как оно есть. Но какого чёрта в этой войне он делает? Какие ещё миротворческие силы Франции на территории Чечни? И почему они на стороне чехов?

– А что мне будет с этого?
– поинтересовался я, - Я вам выложу дислокацию штаба, а вы меня застрелите?

– Нет, - покачал головой Легран.

Он встал из-за стола, подошёл к окну, посмотрел куда-то вдаль и задумчиво проговорил:

– Послушай, солдат, у тебя есть выбор! Мне наплевать на тебя, и что ты выбирать! Но тебе же нет, верно? Ты можешь не говорить - тогда ты мне не нужен. Мы отдавать тебя им, - он кивнул на окно, за которым, как я понял, находились чехи, - Я думаю, ты знать, что они с тобой делать. И твоя жизнь закончится!
– он глубоко вздохнул, - Но мы можем поступить и по-другому.