Когда он вошёл в кухню, то заметил, что девушка стояла у плиты, слегка склонив голову. Задумчивая, она то и дело поправляла свои волосы, откидывая их за спину, и Саске улыбнулся только этому. Было приятно видеть её такой заботливой, домашней: то и дело лопаткой она поправляла омлет, скворчащий на сковороде, и Учиха лишь тяжело вздохнул. В небольшой, но довольно уютной кухоньке аппетитно пахло свежеприготовленной едой, и Саске понял, что очень хочет есть. Он прошёл к белому небольшому столу, опустившись на мягкий диванчик, и посмотрел на Сакуру. Свободная футболка делала её ещё более стройной — никогда бы никто не догадался, какая фигура была у Сакуры на самом деле. Трикотажные шорты плотно облегали округлые ягодицы, и взгляд Учихи падал на стройные ноги. Одну она завела за другую, и выглядело это как-то маняще, кокетливо и вместе с тем очаровательно. В этих её движениях, которые она делала неосознанно, была пылающая юность, и каждый раз, когда мужчина всматривался в её фигуру, он замечал, что Сакура была ещё будто бы и совсем невинна.

— Ну, и как я себя вчера вёл? — поинтересовался он, слегка улыбнувшись.

Сакура задумалась, улыбнувшись себе под нос, не поворачивая головы. С Саске можно сыграть неплохую шутку: чего скрывать, Харуно была обижена на своего друга за то, что тот, так сказать, и вправду «закинул за воротник». Нет, это было далеко не в стиле Учихи — Сакура это знала, а потому видеть его подвыпившим было немного непривычно и дико.

— Если бы не Сасори, мы бы тебя не вытащили, — покачала головой Сакура, медленно повернувшись к нему. Всё её лицо выражало полнейший страх за то, что произошло. — А ты не помнишь?

Саске принялся вспоминать. Он помнил, как вытащил Сакуру из рук того извращенца, а потом… Кажется, они мило беседовали, а потом сели в такси. Впрочем, Саске не надеялся на свой мозг: будучи с похмелья, он вряд ли мог принести ему что-то более-менее адекватное. Судя по всему, лучше было довериться Сакуре, и Саске, на свою голову, сделал именно так. Однако, как уже говорилось раньше, все действия, начинающиеся со слов Сакуры «надо бы уже», никогда не приводят ни к чему хорошему и положительному.

— Откуда не вытащили? — нахмурился мужчина, недоумённо посмотрев на девушку, а после усмехнулся, подперев голову рукой и потерев заднюю сторону шеи. — Да где я помню-то? Я не помню, сколько выпил вчера…

«Отлично», — решила про себя Сакура, мысленно пританцовывая на месте. Будет совсем-совсем не плохо пошутить над Саске, чтобы в следующий раз не было подобного. Посмотрев на Саске снова, но всё же краем глаза следя за омлетом на сковородке, она пожала плечами.

— Из клуба, — вразумила его девушка, сказав это так, будто это было в порядке вещей. — Сначала тебе позвонила мама, как мне потом рассказал твой друг. Потом Итачи, отец, — она отложила лопатку, выключив омлет, и принялась загибать пальчики. — За каждого ты поднимал рюмки. Потом ты поплелся танцевать. Приставал к каждой девушке, орал на весь клуб, что я тебя отшиваю. А пото-о-ом…

Она покосилась в сторону омлета, вытаращив глаза, будто бы переглянулась с едой на сковородке. Казалось, даже омлет бунтовал сейчас против Учихи. Тот, тяжело вздохнув, скрестил руки на столе и уронил на них голову. Саске был склонен очень доверять Сакуре: он знал её больше десяти лет, а потому она для него, пожалуй, была самым честным человеком. Учихе поистине стало стыдно: неужели он мог вести себя так по-свински? Тем более клеиться к какой-то неизвестной девушке, когда она, судя по выражению лица Сакуры, этого не хотела. Кричать на весь клуб о своих личных переживаниях — удел пьяницы, а не Учихи Саске. Щёки налились румянцем — ещё никогда Саске не чувствовал себя так унизительно.

— У-у-у-у… — Сакура только приоткрыла губы, как Саске протянул это, покачав головой и закрыв лицо руками. — Спасибо хоть, что не бросила там в таком состоянии. И спасибо, что не притворилась, что я не с тобой…

Сакура в его глазах предстояла настоящей героиней, и девушке это нравилось. Она, сдерживая смех, покачала головой, с наигранным укором посмотрев в окно.

— Так это ещё ничего, — она вздёрнула палец, покачав головой, так что Саске снова обратил на неё пристальное внимание. — Потом ты пошёл танцевать — мы тебя еле отняли от какой-то девушки, к которой ты лез целоваться, держась одной рукой за верхние спасательные батуты, другой — за нижние. Ну, а в такси, когда запихнули, приставал ко мне…

Она посмотрела на него с упрёком, так что Саске сжался и ему стало не по себе. Даже будучи пьяным, мужчина мог держать себя в руках, а тут приставал к какой-то девушке, от которой его еле-еле увели. С другой стороны, как он мог приставать к другой девице, когда любил Сакуру? Именно здесь проявилась какая-то нелогичность слов девушки. Был плюс в том, что она не догадывалась и не знала, как к ней относится Саске: Учиха мог сравнить свои чувства и своё поведение в клубе — которое, конечно, было выдуманным — и сделать про себя выводы. Подняв голову, он философски потёр подбородок.

— Извини, — он покачал головой, явно злясь на самого себя, и посмотрел в сторону приоткрытого окна. Оттуда доносился приятный летний ветерок, и Учиха улыбнулся еле заметно уголком губ. — Сильно руки распускал?

— Не так чтобы очень, — вздохнула Сакура, пожав плечами, и поспешила отвернуться от него, не сдержав улыбки. — Потом ехал смирно и начал уже в лифте доставать меня вопросами…

В принципе, Сакура особенно и не врала — только про его поведение в клубе. Он ведь приставал к ней в такси? Приставал. А в лифте — с вопросами? Тоже. В чём же тогда её ложь? Всего лишь немного приукрасила события — с кем не бывает? Всё так же улыбаясь, она принялась медленно доставать тарелки, чтобы Саске как можно дольше не увидел её довольного собой состояния. Она покачала головой, чувствуя, что Учиха смотрит ей в спину.