На втором этаже оказалось ещё темнее, потому что двери во всех комнатах оказались запертыми. Во всех кроме одной, откуда на порог ложился алый отсвет.

Меня посетило чувство дежа вю, что в общем-то неудивительно. Он словно специально воссоздал эту атмосферу. Позёр.

— Я так полагаю, хозяйка дома уже мертва? — поинтересовалась я, останавливаясь на пороге.

Александр, а точнее тот, кто сейчас занимал его место, расположился в кресле в вальяжной расслабленной позе и взирал на меня с усмешкой.

— О, нет, что ты. Она нужна мне живой, а потому всего-навсего отдыхает в подвале.

Я заметила, что на письменном столе лежит моя тетрадь.

— Можешь забрать. Всё, что нужно я уже узнал. И не бойся, против тебя использовать не стану.

— И чем же я заслужила такую милость?

— Многим. Благодаря тебе я понял, что ошибался и сделал полезные выводы… но не будем об этом. Ты хочешь, чтобы я отпустил Влада и Ингу?

— Допустим. Какова цена?

— Ты займёшь их место. Станешь моей правой рукой, а заодно и главным донором. Поверь, это выгодное партнёрство.

Я не выдержала и нервно рассмеялась.

— Не сумев расправиться со мной руками Влада, ты хочешь меня сделать своей марионеткой?

— Зато те, за кого ты так отчаянно бьёшься, будут свободны. Да и тебя не худшая участь ждёт.

Изобразив задумчивость, и немного помолчав, кивнула.

— Я согласна.

Предложение действительно было весьма заманчивым. Примерно на это я и рассчитывала, когда решила поменять свою тактику.

— Вот так просто?

— Ты ведь сам сказал, что мы похожи. — пожала плечами я. — Кроме того, я устала от этой борьбы.

Он внимательно смотрел на меня, словно надеясь уличить во лжи, но её в моих словах не было и капли. Я считаю, что даже с врагами нужно быть честной. Особенно с ними.

— Тогда приготовься. Тебя ожидают незабываемые минуты…

Я встретилась с ним глазами и замерла. Зрачки Александра расширились, поглощая радужку полностью, и в этот момент моё сознание помутилось. А потом я с ужасом осознала, что не могу видеть и двигаться.

Оставалось только дыхание, но и оно только нагнетало неприятные ощущения — тошноту и головокружение. Меня начало бросать то в жар то в холод, а рассудок затопила ослепительно яркая пылающая боль. Но я не могла закричать или упасть, держась на ногах каким-то непостижимым образом.

Сознание дробилось и плавилось.

Вот она я — умираю под взглядом врага. И даже мучаясь от невыносимой боли, отстранённо отмечаю, что он поступил мудро обманув меня и решив убить. Нельзя оставлять своих заклятых врагов в живых, нельзя. Никогда.

Укрытая покровом мрака, я ступаю по раскалённому песку, обжигая ступни и вдыхая плавящийся воздух. Передо мной из песка башня цвета слоновой кости и вход в неё зияет чёрным провалом.

Я не медлю и не сомневаюсь.

Внутри башни меня встречает обжигающий холод и темнота. Облачка пара вырываются из моего рта и причудливым образом освещают пространство вокруг. Я вижу чёрную винтовую лестницу, ведущую наверх.

Каждая ступень перекликается с глотком боли, испытываемой другой мной, казалось бы уже целую вечность. И мне кажется, что я сумела кого-то удивить тем, что ещё жива.

Путь наверх преграждает потолок, где виден простой деревянный люк, выкрашенный в зелёный цвет и снабжённый большим золочёным кольцом.

Моя рука сжимается на кольце, но никакие усилия не могут заставить люк поддаться. Только я не собираюсь отступать. Не потому что верю в свои силы. Просто другого выхода не вижу.

Крышка люка поддаётся неожиданно, будто кто-то убирает с неё нечто тяжёлое.

На чердаке башни удивительно светло. А ещё здесь нет адской жары и обжигающего холода. Здесь просто прохладно и измученное тело овевает приятный ветерок.

Осторожно ступаю по тёмному деревянному полу и подхожу к единственному предмету, который находится здесь. Это огромная книга в зелёном переплёте. Она раскрыта примерно на середине, где лежит алый язычок закладки.

Но написанное сливается в единую неразборчивую вязь, где чётко прописано лишь одно слово — Фарнфиар.

Вдруг меня окутывает поток прохладного воздуха, даря свежесть и окрыляя. Это сравнимо разве только с глотком родниковой воды после палящего зноя.

Я не сразу поняла, что вернулась в тёмную комнату и наблюдая за своим бесчувственным телом со стороны. При этом над ним склонился Александр, а я не чувствую никакой связи.

Мой враг улыбался.

Время замерло, но не для всех. Лёгкий шелест одежд, свидетельствовал о присутствии в комнате ещё одного существа. Оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Издеваешься? — спрашивает.

— Над тобой — никогда. — серьёзно заверяю я, потому что твёрдо знаю — с собственной Смертью нельзя шутить. — Но я рада тебя видеть вот так.