Говори, мама!

— Всё началось ещё в старшей школе, было пять друзей, одни

из самых красивых и богатых мальчиков королевства, по

которым сходили с ума все девочки. Двое из них постоянно

соревновались друг с другом. И решили поспорить на одну

девушку. Играли без правил с ней, а когда она узнала, то было

уже поздно. Она написала письмо, любовное письмо одному из

них, чтобы наказать второго, которого действительно любила. На

Рождественском балу он зачитал письмо перед всеми студентами,

и одержал победу. Но злость и ненависть не была пережита, и

когда враг был подсажен на наркотики, а затем умер, то путь к

трофею был открыт….

— Подожди, — выдохнула я, облизывая губы. — Ты…ты мне

посоветовала давно написать о своих чувствах к тому, кому

боюсь об этом сказать лично.

— Доченька, я не знала, что это Гарри, — жалобно

произнесла мама.

— Господи, — я начала насыщать тело кислородом, пока

осознание всего потихоньку складывало пазл.

— Оливия, только не делай глупостей…я не знаю, что ещё

сказать.

— А почему он с тобой остался? — нервно спросила я.

— Я забеременела в Рождество. Я была девственницей, и мне

очень нравился Хью, а когда его предала Патриция…так

получилось. И через некоторое время и Пати забеременела Гарри.

Мы с ней были лучшими подругами, и она помню очень плакала и

не понимала, как такое могло произойти. Она ничего не помнила.

Дэвид что-то подмешал ей, чтобы навсегда перекрыть путь

своему бывшему лучшему другу, затем они расписались. Но мы

продолжали дружить, как и с остальными. Я уехала, потому что

узнала, что Хью сделал с Дэвидом. Но со временем простила, и…

ты тоже прости его. Он просто был влюблён, и сейчас любит её,

— быстро говорила она.

— Блять, — простонала я и зажмурилась, из глаз потекли

горячие слёзы от ещё большего отвращение ко всему этому миру.

Я не могла поверить в жестокость своего отца. И он играл. Да что

это за жизнь, где нет ни одного чистого человека, который не

надевает маску?

— А почему он так ненавидит Гарри? — услышала сквозь

затуманенное сознание свой голос.

— Я думаю, потому что он сын Дэвида, и высмеял тебя тогда,

— тихо призналась мама.

— И ты об этом знаешь? — выдохнула я.

— Да, знаю.

Телефонная трубка скользнула на землю, и послышался

треск. Разум мутнел, что не оставлял сил в теле, и я скатилась на

грязную землю.

Ужасно. Как это всё ужасно. И я ведь поверила. Я поверила,

но не тому…совсем не тому. И сама разрушаю свою жизнь,

продолжая игру отца. Месть.

Резко поднявшись на ноги, я схватила разбитый пищащий

телефон и выскочила из переулка и побежала до дороги, чтобы

поймать такси.

— Лив, — окликнул меня Зейн.

— Не сейчас, — крикнула я, продолжая бежать.

— Лив, да я искал тебе везде, — Зейн нагнал меня и схватил

за руку, заставив остановиться.

— Отвали, серьёзно не сейчас! — закричала я, и развернулась.

— Почему ты вся грязная? Кто…что? Гарри? — задавал он

вопросы.

— Блять, отвали от меня, — я дошла до такси и быстро

забралась в него, захлопывая за собой дверь, оставляя

потерянного Зейна за пределами моего мира.

Назвав адрес, я кроме обиды, ощутила злость, да такую что

хотелось орать. И я знала, на кого я сейчас буду это делать. Нет,

больше со мной никто не будет играть. Я не подчиняюсь ничьим

указам и правилам.

Когда машина привезла меня к дверям, я быстро расплатилась

и зашла в дом.

— Отец! — проорала я в холле, сжимая кулаки.

— Мисс Престон, вашего папы нет дома. Он приедет утром,

уехал по делам, а мисс Стайлс у миссис Пейн, — сообщила мне

Дороти.

— Кто дома? — процедила я.

— Никого, — медленно ответила она.

Без слов я поднялась к себе, чтобы привести себя в порядок.

Приняв душ и переодевшись, я спустилась вниз и села на