Однако, работая инженером, я встречался с наксанцами, и убедился, что они подобны нам. Затем последние пятнадцать лет я работаю на Иштаре, он стал моим домом, здесь лежит мой долг…

Он покачал головой: поздно рассуждать. Время ушло.

Сумрак опускался на землю. Все больше звезд появлялось на небе. Он поднялся по Гумбольд-стрит и открыл своим уличным ключом ворота. Свет из окон падал на кусты и на траву. Земные растения здесь требовали постоянного ухода. Годы прошли в борьбе с природой, которая старалась уничтожить земные бактерии, червей, сохранить существующий баланс почвы: содержание азота, кислот и других веществ.

Он прошел к передней двери. Жена отложила книгу. Он узнал роман, которым зачитывались на Земле, когда он был там. Странно, что прочтя роман на Земле, он совершил огромный виток и снова вернулся в то время, когда этот роман стал гвоздем сезона на другой планете. Читал он мало. Он сбыл слишком занят и настолько уставал, что предпочитал просто поваляться. И если ему хотелось почитать, то он брал иштарианские книги.

— Хэлло! — сказала жена. — Что случилось?

В ее речи угадывался бразильский акцент. Когда-то она жила в Португалии, и с тех пор это чувствовалось в ее речи.

— Боюсь, что ничего не смогу рассказать, — буркнул он.

Однако его кольнуло чувство вины. Она была не болтушка, а Ольга Ханшоу слышала всю дискуссию. Он успокоил свою совесть тем, что он устал, и у него не было сил обсуждать все с Родой, так как она, занятая домашним хозяйством, была слишком далека от мировых проблем, и ей долго бы пришлось все объяснять.

— Плохо? — спросила она, изучив его лицо.

— Плохо, — согласился он, опускаясь в кресло. — Завтра я уезжаю в Сехалу на Ассамблею. Буду отсутствовать несколько дней.

— Понимаю, — она встала. — Ты не хочешь выпить перед обедом?

— Ром и лимон. На два пальца, — и он показал, сколько налить рома.

Когда она улыбалась, то напоминала ему ту веселую девушку, с какой он однажды познакомился. Она никогда не отличалась особой красотой. Спарлинг оценивал ее в одну миллиелену — это количество красоты, которой можно загрузить один корабль. Но он всегда был неловок в общении с женщинами, а Рода Ваграс — это он видел готова была стать его женой, как только он этого пожелает.

Она была моложе его, но сейчас в ее волосах было гораздо больше седины, чем у него. Сейчас она потеряла всякую стройность и легкость походки, но все же, когда она, проходя мимо, потрепала его волосы, он вспомнил их первые годы.

Оставшись один и раскурив трубку, он подумал, что, может быть, трудное рождение Бекки изменило ее так. Несмотря ни на что, она оставалась мягкой, доброй, и ее любили в их сообществе все, и к тому же она прекрасно готовила.

Но все реже они были с ней близки, как духовно, так и физически.

А может, думал он, может, это во мне происходят изменения?

Ведь его работа заставила его объехать пол-планеты, в то время как она была вынуждена сидеть с ребенком дома. Он часто летал на Землю, а она никогда не жаловалась и летала туда лишь на несколько недель раз в четыре года. А с другой стороны, она сохранила свои человеческие интересы, общаясь только с людьми в Примавере. А он в это время был занят чисто иштарианскими проблемами.

Но какова бы ни была причина, он неуклонно отдалялся от нее. Его проекты требовали от него и внимания, и нервов, и сердца. Все остальное казалось ему скучным и ненужным.

Пока он не повстречался с Джиль Конвей.

Он яростно затянулся трубкой.

Рода принесла выпивку.

— Я рада, что ты так рано вернулся, дорогой. Ты так вымотался. Я все думала, неужели ты не придешь к обеду, который я специально для тебя приготовила.

Юрий Джерин с радостью принял приглашение на экскурсию с человеком, который мог бы объяснить ему все, что он увидит. Кроме возможности подружиться с членами общества, в которых он нуждался и которые относились к нему весьма враждебно, Джерин радовался и тому, что он сможет отдохнуть от трудного путешествия. А когда Годдард Ханшоу сообщил, что его будет сопровождать Джиль Конвей, он обрадовался еще больше.

Она позвонила ему перед восходом Бела, когда планету еще не обливал зловещий свет Ану. Он и несколько его помощников разместились в гостинице, а большинство его людей находились на орбите, так как для такого количества людей еще не были выстроены жилища. Джерину был предоставлен флайер.

— Пока ты не реквизировал его, — мрачно пошутил Ханшоу. — А так мы сможем оказывать тебе знаки внимания.

Флайер Джиль был мощнее и больше.

Они перелетели через реку и очутились на иштарианской стороне.