Стайлз замирает, приоткрывает рот в удивлении - Дерек искренне думает о молитве, ведь от постоянного тарахтения болит голова, - а после вновь всё по кругу.

– Нет, ну серьезно, Дерек, ты хоть улыбаться умеешь? Или рожа треснет?

– Нет, ну серьезно, Стайлз, ты можешь заткнуться? Или умереть решил?

От передразнивая Стилински немного унывает, но закрывает рот и послушно молчит. Руки на груди скрещены, оленьи глаза сверкают, а вокруг неожиданно появляется аура уныния и недосказанности. Дерек, честно, не хочет видеть такого Стилински, но голова все еще нещадно гудит, а волк скребется.

– Если ты не будешь говорить десять тысяч слов в минуту, - Дерек на секунду затихает и пытается смириться с неизбежным, - то я соглашусь сходить с тобой на свидание.

Стайлз тут же расцветает, но улыбка у него какая-то подозрительная. В следующую секунду Дерек начинает жалеть о сказанном.

– И даже освещать мне дорогу своими голубыми фонарями не будешь? И клыки не выпустишь? А как же любимое мои-зубы-твоя-шея, чувак? Я ведь…

– Не зови меня чуваком.

– … и правда хочу с тобой погулять, да и на первом свидании целуюсь. Да-да, не смотри на меня так, я не ханжа…

– Стайлз.

– … ибо сила во мне великая не дремлет, заставляя поступки геройские совершать, да…

– Стайлз!

– … гнева твоего праведного, но косого, опасаться…

– Стайлз, - Дерек шумно выдохнул и сверкнул голубыми глазами, - заткнись!

– Но я просто… мхф!

Нет, к подобному можно и не привыкать. И все же Стилински совершенно не умеет целоваться, а Дерек слишком любит быть везде главным.

========== Спок/Кирк ==========

С давних времен люди знают, что самый счастливый человек - это тот, кто сумел повстречать на своём жизненном пути родственную душу, своего соулмейта; чьи глаза навсегда стали одного цвета

– Мама, а почему у меня левый глаз ярко-голубой, а правый карий?
– пятилетний мальчик с интересом смотрит на невысокую женщину, протягивая вперед ручки, - и почему у тебя глаза одинаковые?

Женщина в ответ улыбается, запуская руку в густую шевелюру светлых волос сына на макушке и ерошит, создавая хаос. Маленький Джеймс в ответ лишь хмурится, но тут же растягивает губы в ответной улыбке.

– Когда мы рождаемся, то у нас разные глаза. Это связано с тем, Джимми, что для каждого человека в мире существует своя родственная душа. Мы называем их соулмейтами. Он - самый близкий человек, которого ты встретишь. Тот, кто разделит твои чувства, эмоции и переживания, кто будет рядом при любом раскладе и никогда не покинет добровольно.
– Женщина многозначительно хмыкнула, давая ребёнку осмыслить.
– И когда ты его встретишь, то твои глаза станут одного цвета.

– У тебя тоже были разные глаза, пока ты не встретила папу?

– Конечно, милый.

Джеймс Тиберий Кирк с детства представляет свою родственную душу, как что-то из ряда вон выходящее. Для него встретить своего соулмейта равносильно благоговейному званию капитана Звёздного Флота - пока что непостижимо, но со временем возможно. Именно поэтому желание вступить в Академию лишь укрепляется, стоит заметить огромное, воистину ужасающее, количество народа у входа.

В первый же год обучения Джеймс, а ныне Джим, разочаровывается в самой сути идеи соулмейтов. В его постели, как и в мыслях, побывали десятки девушек - даже парочка парней - но найти того-единственного так и не получилось. Но Кирк, обладая врожденным упорством и напрочь отбитым чувством самосохранения, продолжает лелеять надежду на скорую встречу с тем самым соулмейтом.

Долгие три года приносят свои плоды неожиданно, а свалившиеся проблемы в виде предстоящих экзаменов занимают всё свободное время в жизни юного натуралиста Тиберия (Боунз искренне смеётся с собственной шутки, на что Джим лишь улыбается). Всевозможные тесты, стрессовые ситуации, марафоны и нормативы превращают Кирка в мужчину, но тому откровенно дела нет до томных взглядов обоих полов. Раз не нашел родственную душу, то хоть кресло капитана заслужу - твёрдо решил Кирк и углубился в изучение материала.

Когда остается последний рывок для окончания Академии, ситуацию портит чёртов результат независимого эксперта. Некто был явно против, а у Джима уже кулаки чесались намылить чью-то напыщенную морду за испорченную оценку.

Это случилось неожиданно. Кирк и сам понять не успевает, а его внимание полностью сосредотачивается на черноволосом вулканце, что цепким взглядом каре-голубых глаз скользит по нему, Джиму.

Но не стоит забывать, что метаморфоза со сменой цвета глаз происходит не сразу. Для полной перестановки радужной оболочки цвет меняется постепенно. У каждого человека индивидуально, но чаще от трех дней и до месяца.

В первый день знакомства со Споком Джим не замечает едва-заметную голубую дымку вокруг черного зрачка на карей радужке. Она прозрачная, чуть поблескивает, но есть. На второй и третий день Кирк так же слеп, но утро четвёртого дня застает Джеймса врасплох. Кирк хмурится, придирчиво осматривая помутневшую радужку, а внутри разливается такое тепло и радость, что сдержать сумасшедшую улыбку просто невозможно. И первым, кто замечает подобное поведение, как и цвет глаз, становится Боунз.

– Ты шутишь? Нет, погоди, ты серьёзно?
– Маккой практически шипит, косо поглядывая на ведущего лекцию Спока.